Заказ звонка
* Представьтесь:
* Ваш телефон:
Сообщение:
* - поля, обязательные для заполнения
Заказать звонок
Курс валют
Курс валют предоставлен сайтом kursvalut.com
Счетчик

Новости

 


ЗАЩИТА ИНТЕРЕСОВ РОССИЙСКОГО БИЗНЕСА.


     В условиях глобализации развитие национальной экономики России немыслимо без включения ее в систему мирохозяйственных связей. Согласно Концепции внешней политики Российской Федерации, принятой при президентстве Владимира Путина, обеспечение этого является главным приоритетом нашей внешней политики.
      Концепция предполагает свести к минимуму риски дальнейшей интеграции России в мировую экономику, формирование справедливой международной торговой системы и полноправного участия России в международных экономических организациях. Это касается, прежде всего, Всемирной торговой организации (ВТО). Важно, что сейчас вопрос стоит не о том, вступать или не вступать в ВТО, а о том, как извлечь наибольшую выгоду от нашего вступления в ВТО.
     Другой важнейшей задачей внешней политики является содействие привлечению иностранных инвестиций, прежде всего, в реальный сектор экономики. Успехи России на этом направлении в последнее время впечатляют.

     И, наконец,  важной задачей внешней политики России является защита интересов российского бизнеса за рубежом. Здесь приходится констатировать, что задача эта реализуется пока слабо. Главное препятствие  - в политике самого российского руководства, часто допускающего потери экономической выгоды российского бизнеса на международной арене вследствие своих неоправданно высоких политических амбиций.

 

 

 

Трудный путь России в ВТО.

17 ноября 2006 г.

 

      Россия еще в 2006 году вплотную подошла к членству в ВТО. Последней страной, не давшей согласие на вступление нашей страны в организацию, оставались Соединенные Штаты Америки. Разногласия касались деятельности иностранных финансовых институтов на территории Российской Федерации и вопросов, связанных с защитой интеллектуальной собственности.

     Американцев не устраивала ситуация с защитой интеллектуальной собственности в России. Вашингтон требовал серьезной борьбы с доминированием пиратских дисков на российских рынках музыкальной и видеопродукции, а также программного обеспечения. Кроме того, США добивались отмены запрета на работу иностранных банков и страховых компаний с розничными клиентами в России. В настоящее время в стране широко представлены дочерние структуры таких крупных международных банков, как Citibank и Societe Generale, однако они зарегистрированы как российские банки.

     В вопросе деятельности банков и страховых компаний сторонам удалось найти компромисс и преодолеть одно из ключевых препятствий для вступления нашей страны во Всемирную торговую организацию. Россия согласилась на открытие у себя филиалов иностранных страховых компаний в обмен на отказ Вашингтона от требования допустить на российский рынок иностранные банки.

      Предполагалось, что соглашение будет подписано на саммите «большой восьмерки» в Петербурге, однако этого не случилось. Не случилось этого до сих пор.

       По-прежнему существуют еще неурегулированные вопросы с Коста-Рикой, Шри-Ланкой, Грузией и Молдавией. И еще одно обстоятельство делает вступление России в ВТО неоднозначным – прошедшие выборы в Конгресс США, на которых победили демократы. Формально перед американскими депутатами будет поставлен вопрос не о том, согласны ли они со вступлением России в ВТО, а о том, готовы ли они отменить экономические ограничения, введенные еще во времена холодной войны в соответствии с так называемыми поправками Джексона-Вэника. И уже на постоянной основе установить с Россией нормальные торговые отношения. На практике же совершенно ясно, что голосование по этому вопросу станет своеобразным референдумом об отношении к нынешней России, поскольку, если Россия не установит нормальные торговые отношения с США, она не сможет воспользоваться теми немалыми выгодами, которые она приобретет от вступления в ВТО. Поправка Джексона-Вэника требует ежегодного подтверждения наличия нормальных торговых отношений с Россией, являясь удобным инструментом в торговых спорах, который способен свести на нет все благоприятные для нас нормы ВТО. Если учесть, что большинство в обеих палатах Конгресса США составляют демократы, которые склонны больше «прагматиков» республиканцев увязывать между собой вопросы экономического сотрудничества и проблемы демократии и прав человека, то становится очевидным, что для России важно не столько получить формальное согласие администрации республиканца Буша, сколько лояльность демократов в Конгрессе.

      Ускорение процесса вступления России в ВТО можно было бы только приветствовать. Однако, вызывает сожаление, что и без того не самые сильные экономические позиции России на переговорах ослабляются чисто политическими факторами, которые касаются нарушений демократических прав и свобод внутри страны. Вследствие внутренних авторитарных тенденций, Россия теряет конкурентные преимущества при встраивании в мировую глобальную экономику, в которой правила игры устанавливают развитые демократические страны. Поэтому даже чисто прагматические соображения экономической выгоды побуждают Россию иметь развитый демократический мир в качестве союзника, а не оппонента. К сожалению, пока нынешнее руководство России идет в  противоположном направлении.

 

 

              

Отмена санкций против «Сухого» - эпизод

или долговременная тенденция?

24 ноября 2006 г.

 

     Администрация США отменила введенные против российской авиастроительной компании "Сухой" односторонние санкции по обвинению в поставках Ирану оборудования и технологий военного характера. Значимость и знаковость этого события тем более велика, что в последнее время наблюдался процесс неуклонного ухудшения отношений нашей страны с ведущими странами Запада. Споры России с западными партнерами по вопросам поставки энергоносителей и мясной продукции из чисто технических и торговых вопросов превратились в проблемы, формирующие политическую повестку дня. На этом фоне отмена санкций, да еще в отношении такой компании, как "Сухой", представляется более чем позитивным признаком.

     Санкции против "Сухого" были введены 28 июля. Основанием для этого шага было обвинение российских компаний в поставках Ирану оборудования и материалов, обладание которыми способно содействовать производству оружия массового уничтожения и крылатых или баллистических ракетных систем. Американское законодательство запрещает поставку Ирану технологий двойного назначения.

     Многие аналитики отметили политическую направленность американских санкций. И дело не только в «особых» отношениях России с Ираном. Скорее всего, «последней каплей», переполнившей американскую чашу терпения, стало соглашение о поставках российского оружия в Венесуэлу, президент которой Уго Чавес давно является головной болью США, претендуя на особый «третий путь» развития, основанный на установлении государственного контроля над запасами нефти и проведении популистской политики, носящей антиамериканскую направленность.

      Российский МИД в своем ответном заявлении выразил протест по этому поводу, заявив, что "нашим компаниям инкриминируется нарушение принятого в 2000 году внутреннего американского закона "О нераспространении в отношении Ирана", налагающего запрет на сотрудничество с этой страной в сфере распространения ОМУ". Т.е. акцент делался на то, что санкции на российские компании налагались в соответствии с американским законодательством, а не с международными торговыми нормами, которые Россия действительно не нарушала. «По сути, речь идет об очередной неправомерной попытке заставить иностранные компании работать по внутреннему американскому распорядку», заявляли в российском дипломатическом ведомстве.

      Подобная позиция российского МИДа являлась не более чем пропагандистской уловкой и была абсолютно бесполезна для защиты интересов российского бизнеса в США (на американском рынке нужно действовать на основе внутреннего американского распорядка, а не в соответствие с международными торговыми нормами).

      Более профессионально и прагматично повели себя представители российского и американского бизнеса. В компании «Сухой» тогда заявили, что уже 6-7 лет не поставляют Ирану «ни одной гайки» и предупредили, что под угрозу срыва поставлен совместный с американским концерном Boeing проект «Российского регионального самолета» на сумму 11,5 млрд. долларов. Этот сигнал был принят американским бизнесом, который со своей стороны очень быстро и оперативно вступил в контакт с Госдепартаментом США. В результате, несколько американских компаний, и, прежде всего, Boeing, уведомили руководство «Сухого», что санкции Госдепа США их не касаются. Как заявил заместитель гендиректора компании «Сухой» Вадим Разумовский, «некоторые американские фирмы-поставщики оборудования для российского регионального самолета Су-100 «Суперджет» уже официально известили нас о том, что системы, которые они нам поставляют, под санкции не подпадают, в настоящее время ведется юридический анализ сложившейся ситуации».

       Результатом такого «юридического анализа ситуации» и стала отмена санкций в отношении корпорации «Сухой». «Снять все вопросы в отношении «Сухого», - отметил представитель Госдепа Кейси, - «стало возможным благодаря "дополнительной информации", предоставленной Вашингтону правительством России и непосредственно фирмой "Сухой", а также неких "иных данных".

      История с санкциями против компании «Сухой» продемонстрировала, что конкретные аспекты экономического сотрудничества – более эффективный инструмент защиты российских интересов. Все попытки использования механизмов пропаганды теряют всякий смысл в условиях все большего отхода внутренней политики России от принципов демократии и защиты прав человека. Поэтому в этой ситуации нужно ясно отдавать себе отчет, что на сотрудничество России с Западом, чем дальше, тем больше будут накладываться политические ограничения. Можно сказать, что конкретное экономическое сотрудничество – единственный оставшийся в арсенале нынешнего российского руководства способ минимизации ущерба в ситуации ценностно-политического раскола со странами Запада.

 

 

Новый нефтепровод.

8 сентября 2006 г.

 

      Строительство нефтепровода в обход Босфора и Дарданелл стало главной темой отношений России с Грецией и Болгарией. Стороны обязались содействовать поддержке строительства нефтепровода. Тем не менее, многие аналитики скептически смотрят на перспективы этого проекта.
Дело в том, что идея данного нефтепровода возникла одновременно с другим проектом — нефтепроводом Баку-Джейхан. Оба проекта изначально рассматривались, как альтернативные: и тот, и другой были направлены на оптимизацию нефтяных потоков и разгрузку Босфора и Дарданелл, которые уже близки к максимуму своей загрузки. Но если нефтепровод Бургас-Александруполис предусматривал усиление влияния России как распорядителя нефтяными потоками, то проект Баку-Джейхан, идущий в обход России по территории Азербайджана, Грузии и Турции, был призван служить противоположной цели: снижению влияния России на регулирование нефтепотоков.
      И если российский проект пока так и остается на бумаге, то первая очередь нефтепровода Баку-Джейхан уже запущена, и к этому нефтетранспортному потоку уже проявляют повышенное внимание Казахстан и Туркменистан, которые пока полностью зависят от российского транзита. Туркменистан все более теряет свою экономическую привлекательность, т.к. отягощается политическими аспектами.
Российское руководство, провозгласив страну «энергетической державой», дало понять, что будет использовать все вопросы, связанные с углеводородным сырьем, для достижения своих политических целей. В этой ситуации очевидно стремление других производителей нефти и газа, а также потребителей из стран Запада снизить долю России на нефтегазовом рынке.
       На самом деле, в вопросе строительства данного нефтепровода можно действительно говорить об упущенной экономической выгоде. Однако, происходит это вследствие неоправданно высоких притязаний на получение политических преимуществ. Изначально российско-болгарско-греческий проект выглядел экономически гораздо более привлекательным, о чем свидетельствовало очевидное желание крупнейших зарубежных инвесторов участвовать в данном проекте. Но упорное желание российского руководства свести роль зарубежных инвесторов к позиции миноритарных акционеров, которые не могут принять реального участия в управлении нефтепроводом, привело к фактическому замораживанию проекта.
      Нынешняя попытка реанимировать проект также имеет для российского руководства скорее политические, чем экономические причины. Проект становится частью внешнеполитических планов российского правящего класса, который заинтересован, прежде всего, в диверсификации трубопроводов с тем, чтобы не допускать зависимости от посредников. Этим посредником в данном случае является не очень дружественная России Турция. Россия опасается как ограничений со стороны Турции на транспортировку нефти танкерами через проливы, так и того, что пропускная способность Босфора и Дарданелл скоро просто иссякнет.
Болгарию и Грецию Кремль считает дружественными государствами. Хотя это совсем не очевидно, во всяком случае, сложно говорить, что эти два государства дружественнее по отношению к нам, чем Турция. Такое отношение скорее продиктовано историческими стереотипами, а не реальным положением дел. Собственный же интерес Болгарии и Греции состоит, прежде всего, в том, чтобы зарабатывать деньги на транзите нефти, воспользовавшись политическими амбициями России для получения собственных экономических выгод.
       То, что политическая составляющая для руководства России выходит на первый план, очевидно. Данный проект уже не сможет рассматриваться как конкурент трубопроводу Баку-Джейхан. Последний близок к завершению и станет очень удобным маршрутом транспортировке в обход черноморских проливов. В этом случае экономическая надобность российско-болгарско-греческого нефтепровода отпадет.

     События вокруг затягивающегося строительства нефтепровода из России в Грецию лишний раз подтверждают наметившуюся негативную тенденцию: потеря экономической выгоды российского бизнеса на международной арене вследствие неоправданно высоких политических амбиций нынешнего руководства России. Навязанный российской внешней политике лозунг «энергетической державы» увеличивает имиджевые издержки России в сфере международной торговли, где конкуренция и без того высока. В этой ситуации первоначально экономически привлекательные проекты теряют свою эффективность и «проталкиваются» государственными лоббистами как политическое орудие, лишая нашу страну дополнительных средств, полученных от благоприятной конъюнктуры на нефтегазовом рынке.

 

 

 «Санитарные войны» как

инструмент внешней политики.

8 декабря 2006 г.

 

           Российские санитарные службы остаются одним из главных инструментов в экономической политике нынешнего руководства России. При этом складывается впечатление, что санитарные нормы, которыми руководствуется Главный санитарный врач России Геннадий Онищенко, имеют мало общего с действительными требованиями санитарного контроля.              Широко разрекламированные санкции в отношении молдавских вин были отменены так же неожиданно, как и введены. О снятии запрета на алкогольную продукцию Молдавии объявил президент России Владимир Путин. «Мы договорились о возобновлении поставок мяса и вина из Молдавии в Россию»,- сказал он после встречи с молдавским коллегой Владимиром Ворониным.

      Торговое противостояние, в конечном счете, оказалось невыгодно всем: так, запрет на импорт вина коснулся и российских производителей, производящих более 50 процентов российских вин из молдавского винограда. Принятые санкции ударили, прежде всего, по российским компаниям-импортерам вина и их партнерам в Молдавии, т.к. в Молдавии российские фирмы контролируют почти 70% производства вина и соответственно его импорта в Россию. Ущемленными оказались и интересы российских потребителей. Их лишили целого ценового ряда винной продукции из Молдовы, фактически принудив покупать ранее невостребованную продукцию других производителей.

      Возникает вопрос: зачем все это было сделано? Очевидно, что  санитарный контроль  играл здесь последнюю роль. С одной стороны, молдавское вино пало жертвой интриг России по поводу сепаратистского режима Приднестровья. Любая попытка Молдовы обратиться за содействием в разрешении этого вопроса к структурам ЕС вызывает нервную и не всегда адекватную реакцию со стороны руководства России. С другой стороны, была предпринята попытка освободить «рыночное место» для менее привлекательной продукции других производителей. Вряд ли это можно назвать поддержкой отечественного производителя, скорее имело место лоббирование узкокорыстных интересов конкретных компаний, жертвой которого, в конечном счете, стали российские потребители.

       Похоже, ситуация повторяется, новым объектом для репрессий выбран импортный рис. Как сообщают в Федеральной службе по ветеринарному и фитосанитарному надзору России (Россельхознадзор), запрет касается всех стран-поставщиков и связан с тем, что в ходе проверок в продукте было выявлено большое количество генетически модифицированной крупы и пестицидов.

     В Россельхознадзоре говорят, что в последнее время нарушения поставщиками риса санитарных норм приняли массовый характер, и ведомству ничего не оставалось, кроме как "в целях безопасности аннулировать существующие разрешения на ввоз и приостановить выдачу новых лицензий". Проблемы нашли у всех импортеров без исключения. Из экспертизы специалистов Россельхознадзора следует, что рис из Пакистана, Таиланда и Египта "пах затхлостью и плесенью", рис из Китая содержал слишком много "испорченных, пожелтевших и меловых ядер", индийский и вьетнамский «был заражен вредителями», а в партиях риса из Испании, Уругвая обнаружили пестициды.

     Примечательно, что результаты экспертиз не были опубликованы. Можно усомниться в том, что у контролирующих органов есть весомые доказательства для того, чтобы запрещать весь импортный рис. Российские эксперты называют запрет классическим примером нелегального лоббирования. Ничего хорошего от введения ограничений ждать не приходится, и они, в конечном счете, ударят по потребителю. Собственного производства риса у нас мало - только Краснодарский край, продукция которого не сможет заменить импортный товар ни по количеству, ни по качеству. Примечательно, что винная война также стала «королевским подарком» краснодарским производителям, которые впрочем, не смогли им в полной мере воспользоваться, т.к. оказались не в состоянии компенсировать дефицит винной продукции.

     Непрекращающиеся «санитарные войны» свидетельствуют о том, что российская внешняя торговая политика все более теряет прозрачность и предсказуемость. Попытка прикрыть санитарными требованиями внешнеполитические интриги ведет к еще большей дискредитации нашей страны на международной арене. А теневой коррумпированный лоббизм, закрывающий доступ зарубежных товаров на российский рынок ведет к ущемлению интересов российских потребителей, вынужденных из своего кармана оплачивать последствия сомнительных санитарных мероприятий.

 

 

Есть ли перспектива

у «газового ОПЕК»?

14 апреля 2007 г.

 

     Состоявшийся в столице Катара Дохе форум стран-экспортеров природного газа наделал много шума в мировой политике, но пока только шумом все и ограничилось. Разговоры о том, что в скором времени будет создан аналог нефтяному ОПЕК, оказались лишенными реального экономического основания, хотя политическая подоплека таких разговоров очевидна.

      Никаких документов, оформляющих создание организации, в Дохе подписано не было. Как заявил представлявший Россию министр промышленности и энергетики Виктор Христенко, «решение, которое требовало бы реализации картельного соглашения, не принято». По его словам, организация должна остаться в ее нынешнем виде. При этом 14 стран-участниц проведут совместное исследование того, как формируются цены на газ, и ведущая роль в этом деле будет принадлежать России.

     На форум приехали представители 14 крупнейших стран-экспортеров газа. Эти страны контролируют около 42% мировой добычи газа (для сравнения: 12 стран-членов ОПЕК контролируют 43% мировой добычи нефти). Очевидность этой исторической аналогии породила в странах-потребителях природного газа, прежде всего США и ЕС, естественную обеспокоенность. Достаточно вспомнить спровоцированный ОПЕК энергетический кризис 1973 года, вызванный не экономическими факторами, а вполне конкретным политическим кризисом (арабо-израильским конфликтом). Поэтому за несколько дней до открытия встречи министров Организации стран-экспортеров газа Палата представителей американского конгресса поручила госсекретарю Кондолизе Райс выразить Москве недовольство по поводу возможного участия России в газовом картеле. Подобное участие американские конгрессмены сочли недружественным актом по отношению к США, а сам картель - всемирной организацией шантажистов.

     Министр экономического развития России Герман Греф попытался успокоить потребителей на Западе, пообещав в интервью испанской газете, что создание картеля не приведет к росту цен, а сам картель будет не диктовать цены потребителям, а служить форумом для обсуждения вопросов добычи и транспортировки природного газа. С аналогичными уверениями выступил и министр энергетики России Виктор Христенко.

     Идея создать подобную организацию на газовом рынке впервые на высшем уровне прозвучала в январе 2007 года во время переговоров духовного лидера Ирана аятоллы Хаменеи с секретарем Совбеза России Игорем Ивановым. В последующие несколько месяцев идея набирала обороты. Однако, как оказалось, для создания газового аналога ОПЕК нет экономических оснований. Газовый картель, в отличие от нефтяного, крайне трудно заставить работать. ОПЕК в состоянии быстро реагировать на изменение цен оперативным изменением объемов добычи. Так как нефтяной рынок работает на основе краткосрочных контрактов, цены изменяются быстро и снижение или повышение квот сразу выливается в рост или падение цен.

     На газовом рынке основа поставок - долгосрочные, на 15-20 лет, контракты. Это лишает газовый картель возможности гибко реагировать на изменение цен. Свободно продаваться может только сжиженный природный газ. Однако, для его производства необходима инфраструктура. И на данный момент, сжиженный природный газ составляет лишь 6,9% от мирового потребления газа.

      Примечательно, что самыми активными сторонниками создания газового картеля являются Венесуэла и Иран. Очевидно, что для них политические цели превалируют над экономическими, т.к. на данный момент влияние газодобычи этих стран на мировой рынок энергоносителей либо минимально, либо вообще отсутствует, потому что Венесуэла не экспортирует газ, а Иран и вовсе становится его импортером.

     Россия не должна в очередной раз «подставлять» себя и дискредитировать свой имидж надежного поставщика энергоносителей. Целью нашего участия в газовых и любых других экономических форумах должна быть защита российских национальных интересов, а не политических интересов таких стран, как Иран и Венесуэла, которые к тому же не играют существенной роли на рынке природного газа.

     

 

Давосский форум.

1 февраля 2007 г.

 

      В швейцарском Давосе прошел очередной Всемирный экономический форум. Основная тема форума была обозначена как «Меняющееся уравнение власти». При этом изменения во властной реальности рассматривались под углом зрения изменения климата, экономического подъема Азии и следующей интернет-революции.

      Особенность давосского форума в том, что это не съезд футурологов, а встреча прагматиков, реально определяющих развитие мира на данный момент. Поэтому устроителей форума особенно волновала тема не абстрактного изменения «уравнения власти», а очевидное снижение влияния США как гегемона мирового развития. Особенно под влиянием подъема экономик развивающихся стран в рамках глобального мира.

      Именно высокие темпы роста в Азиатско-Тихоокеанском регионе должны уравновесить возможный экономический спад в США. По мнению экспертов, мир сегодня лучше подготовлен для того, чтобы противостоять каким-либо потрясениям, так как именно растущий потенциал экономик третьего мира способствует устранению дисбаланса в мировой экономике. От 40% до 50% объемов мирового производства приходится сейчас на долю развивающихся стран. В результате этого, мир больше не нуждается в США как в экономическом локомотиве для продвижения вперед. При этом в роли новых локомотивов глобализации все явственнее выступают Индия и Китай. Изменение экономического баланса по всему миру  способствует значительному уменьшению нестабильности.

      Эти тенденции в третьем мире порождают новую тенденцию в развитых западных странах, особенно в США. Все больше работников там проигрывают в результате глобализации, зарплата среднего класса все более "ужимается". 1 трлн. долларов дополнительной прибыли, полученные США, как считается, поглощены верхушкой, составляющей 10% общества. Таким образом, считают эксперты, политикам будет все труднее убедить избирателей в том, что глобализация - это благо для каждого, даже если в долгосрочной перспективе так оно и есть.

      На фоне таких обсуждений выступление российских представителей на форуме выглядело не очень убедительным. Были повторены набившие оскомину заклинания. Представитель «Газпрома» Александр Медведев в очередной раз высказался в том смысле, что нарушения поставок российских энергоносителей в Западную Европу, вызванные разногласиями с Украиной в начале 2006 года и с Белоруссией в начале 2007, не повторятся. Сидевший рядом комиссар Евросоюза по энергетике Андрис Пиебалгс вежливо кивнул, но при этом отметил, что, несмотря на взаимозависимость России и ЕС по газу - ЕС является основным экспортным рынком для «Газпрома», и «нам нужно выучить уроки и приготовиться к перебоям».

       При этом Александр Медведев все-таки смог поразить западную элиту, заявив что «нам не за что просить прощения. С Белоруссией и Украиной». Дело в том, что никто этих извинений и не ждал. Западные лидеры ожидали институциональных гарантий, однако вместо этого получили PR-заготовку сомнительного качества, пригодную для «желтого» телевизионного ток-шоу, но не для встречи мировой элиты. Похоже, для улучшения имиджа «Газпрома» нынешним его руководителям лучше вообще молчать.

        Завершившийся форум в Давосе продемонстрировал, что импульс глобализации, заданный развитыми странами, все более и более действует в обратном направлении, делая растущую экономику развивающегося мира самостоятельным фактором влияния. При этом, форум лишний раз продемонстрировал, что Россия находится на обочине этого мейнстрима глобализации, зацикливаясь на собственных энергетических ресурсах и внутриполитических интригах.