Заказ звонка
* Представьтесь:
* Ваш телефон:
Сообщение:
* - поля, обязательные для заполнения
Заказать звонок
Курс валют
Курс валют предоставлен сайтом kursvalut.com
Счетчик

Новости

 


 

 

 

 

ЯСИН Евгений Григорьевич,

научный руководитель Высшей

школы экономики, руководитель

фонда «Либеральная миссия».

 

 

 

             

 

 

 

О БАНКАХ И ФИНАНСОВОЙ СИСТЕМЕ В РОССИИ.

 


      Олег Наумов: Сверхвысокие цены на нефть и газ за последние три года укрепили финансовую систему России. Страна фактически расплатилась с зарубежными кредиторами. Мы перестали зависеть от кредитов Всемирного банка, а экономика России становится все более привлекательной для западных инвесторов. Золотой нефтяной дождь не только обогатил крупные компании и частный бизнес. Увеличились налоговые поступления в бюджет, выросли возможности государства в развитии социальной сферы, увеличении пенсий и зарплат бюджетников. Наверное, можно критиковать правительство за то, что оно делает в этом направлении слишком мало. И все же благосостояние российских граждан растет. Хоть и не так быстро, как нам хотелось бы. Насколько устойчива нынешняя банковская система в России?
       Евгений Ясин: Я думаю, что она достаточно устойчива для того, чтобы не вызывать больших беспокойств со стороны российского населения. По крайней мере, это касается верхней полсотни, т.е. крупных банков. Однако, проблема есть. Она заключается в том, что банки перешли на обширное предоставление потребительских кредитов. Это связано, в значительной степени, с падением деловой активности после 2003 года, после дела ЮКОСа, и тем, что спрос на кредиты и займы со стороны промышленности несколько упал. Потребительский кредит предоставлялся на очень льготных условиях, и из-за этого выросли риски, потому что есть довольно значительный невозврат. Граждане должны выбирать. Я бы делал ставку на крупные банки.
      Олег Наумов: В условиях, когда рубль укрепляется, а доллар стремительно теряет свои позиции, наши сограждане, большинство которых до последнего времени хранило свои сбережения в американской валюте, вынуждены отказываться от этого и думать, каким образом можно сохранить свои деньги. Держать их дома, во что-то вкладывать или нести в банк? Социологические исследования показывают: более половины опрошенных — 63,5% не доверяют российским банкам и придумывают другие способы сохранения своих денег. Почему в таком случае иностранные банки не допускаются до работы в России?
       Евгений Ясин: В Россию иностранные банки не допускают по двум основным причинам. Первое. Российские банкиры попросили президента не пускать, потому что они боятся конкуренции. Они должны будут резко улучшить качество работы, если они его не улучшат, будут проигрывать. Второй момент состоит в том, что если здесь будут иностранные банки, они будут давать деньги тогда, когда это будет выгодно, но если климат изменится, то они все капиталы, в том числе и вклады российских граждан, будут вывозить за границу. Принцип такой: либо вы договариваетесь, что вы — открытая страна, и тогда одновременно вы принимаете на себя обязательства всегда поддерживать хороший деловой климат. Но известно, что у нас это не всегда получается.
      Олег Наумов: В условиях высокой инфляции, минимальных процентов по банковским вкладам, граждане вкладывают, например, в недвижимость. Это уже привело к запредельным ценам на жилье. Как выйти из этого порочного круга?
       Евгений Ясин: Во-первых, есть универсальный метод, о котором нам все время твердит господин Кудрин: надо снизить инфляцию. Я считаю, что если будут проводиться реформы, например, жилищная, здравоохранения, пенсионная, нам понадобится уровень инфляции максимально 5%. Если же реформы проводиться не будут, то 3%, больше не нужно. Если мы добьемся такого снижения инфляции, то тогда проблемы, о которых мы говорим, в значительной степени пропадут, потому что если низкая инфляция, то ипотечные кредиты приобретают совершенно другое содержание. А если государство еще подкинет деньжат, и будет субсидировать или способствовать снижению процента по ипотечным кредитам, продлению срока, то цены на рынке недвижимости будут снижаться.
       Олег Наумов: Доверие населения к банкам крайне низкое. Сбербанки выстроили себе дворцы, а те народные деньги, которые пропали еще 15 лет назад, так и не возвращены.
       Евгений Ясин: По тем данным, которыми я располагаю, вклады в банки растут. Причем, растут довольно высокими темпами. И если Сбербанк несколько теряет свою долю на рынке, то другие повышают свою долю. Это означает, что доверие довольно высокое, и что население ищет наиболее выгодного приложения тех денег, которые оно имеет. Как еще укрепить доверие? Я считаю, что общая задача заключается в повышении доверия к публичным институтам и органам власти. Должна быть уверенность в том, что суд независим, что существует верховенство закона, и что правящая элита не может вносить изменения в законодательство по своей прихоти, только чтобы удержаться у власти. Если эти все вещи принимаются во внимание, и народ чувствует, что к нему относятся с уважением, то он будет платить за это. А вообще, потерять доверие очень просто, а вернуть его — тяжело. Теперь о сбережениях. Я как экономист считаю, что те деньги, которые пропали, не следует возвращать. Все граждане уверены, что их должны вернуть. Формально это действительно так. Но если брать экономическую реальность, то это связано с тем, что в течение всего периода социализма у нас был дефицит. Дефицит — это избыток денег. Он генерировался государством. Выплачивались зарплаты, которые некуда было девать, потому что ничего нельзя было купить, и эти деньги отправлялись в сбережения. Это другая экономика. Если мы долги этой другой экономики будем обращать в новую экономику, а не будем повышать пенсии, зарплаты бюджетникам, то мы ничего не выиграем. Вы, конечно, можете добиваться всего: и повышения пенсий, и возвращения вкладов, но это неразумно, потому что возможности государства по повышению доходов населению ограничены. Я лично считаю, что повышение пенсий является более актуальной задачей, чем возврат сбережений.
      Олег Наумов: Безусловно, повышение пенсий — важная задача. Но, на мой взгляд, долги всегда надо возвращать. Это первый признак порядочности как отдельных людей, так и государства в целом. Сбербанк был государственным и 15 лет назад, и теперь он на 60% принадлежит государству. Ведь долг советской экономики другим странам Россия признала и практически все возвратила. Почему же своим собственным гражданам возвращать необязательно? Сейчас правительство укрепляет рубль, сдерживает инфляцию. Одновременно от укрепления рубля страдают производители. Какой в этих условиях должна быть политика Центробанка?
      Евгений Ясин: Это, конечно, может вызывать определенные эмоции, но реально Центральный банк ничего сделать не может. Он может какие-то малозначительные движения допускать, потому что укрепление рубля происходит в силу того, что укрепляется экономика, делается более активный платежный баланс, растет доверие к рублю, больше доверия к кредитоспособности российской экономики. Ну что вы можете с этим сделать? Я считаю, что вопросы укрепления рубля не находятся в сфере возможностей воздействия российского правительства и центрального банка. Вы, конечно, можете ослабить рубль посредством печатания большего количества рублей, выпуска дополнительной эмиссии. При этом вы будете иметь гарантированно высокую инфляцию, а это удар по карманам населения, особенно бедного. Поэтому 30 тысяч раз надо подумать, прежде чем такое сделать.

       Олег Наумов: Казалось, период дикого капитализма остался в 90-х, и банковская система в стране становится все более прозрачной и надежной. Убийство зам главы Центробанка Андрея Козлова показало, что криминал не хочет сдавать своих позиций. За десять месяцев текущего года российскими компаниями был «отмыт» один триллион рублей. Сейчас в правоохранительных органах находится более 3 тысяч материалов по данному факту. Россия собирается в ближайшее время подписать Конвенцию Совета Европы об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности и о финансировании терроризма. Будет ли продолжена политика очищения банковского сообщества от тех, кто отмывает деньги и совершает другие финансовые нарушения?
     Евгений Ясин: Я думаю, что эта работа будет продолжаться. У нас нет никакой альтернативы. Кстати говоря, это в интересах и банковской системы, и населения. Люди, которые теряют на оздоровлении банковской системы, пытаются бороться с этим любыми криминальными методами. Это естественно. Трудно ожидать, чтобы это было иначе. Я рискую показаться циничным, но эта смерть моего друга Андрея Козлова, это признак поражения тех людей, которые идут на такие мерзкие шаги. Он дорого заплатил. Мы все дорого заплатили за очередной шаг. Но это необратимо.
     Олег Наумов: Банковское сообщество постепенно освобождается от криминала, от тех, кто отмывает деньги или устраивает финансовые пирамиды. Однако даже та треть наших граждан, которая уже сейчас доверяет российским банкам свои сбережения, знает, что приумножить свой капитал им не удастся. Весь годовой прирост по вкладу полностью съест инфляция. Безусловно, не все здесь зависит от банков, они только часть финансовой системы. Чтобы стать устойчивой, финансовая система страны должна обеспечить уменьшение инфляции хотя бы до 3-5%. И не создавать для отечественных банков тепличные условия, в которых не нужно заботиться о привлечении новых клиентов и улучшении качества обслуживания. Изменить это может жесткая конкуренция. Только иностранные банки в состоянии обеспечить такую здоровую конкурентную среду. А их на российском рынке пока нет.

6 ноября
2006 г.

 

 

 

 

         КАК ОБЕСПЕЧИТЬ ПРИТОК ЧАСТНЫХ ИНВЕСТИЦИЙ В                                         ЭКОНОМИКУ СТРАНЫ?

         

      Олег Наумов: Остап Бендер любил говорить: «Не учите меня жить, а лучше помогите материально». В наше время эта фраза могла бы стать девизом многих бизнесменов и  руководителей производства. Ведь им часто кажется, что деньги – это единственное, чего им не хватает для успешности. Министерство экономического развития и торговли представило   на рассмотрение  правительству план мероприятий по развитию промышленности и технологий. Документ направлен на поощрение инвестиций и стимулирование экономического роста. За этими сухими строчками информационного сообщения скрываются серьезные изменения нашей экономической политики. Наконец-то настал момент, когда правительство может перестать тушить финансовые и социальные пожары и начать  заниматься экономическим развитием. Как вы оцениваете инвестиционную политику нашего государства?

     Евгений Ясин: Я понимаю, что нужно увеличивать объемы инвестиций. Я предпочел бы, чтобы они были частными. Та схема, по которой действует государство, увеличивая объем государственного предпринимательства, т. е. участие государства в экономике и национализация различных активов, мне представляется совершенно неправильным. Я бы предпочел, чтобы это были более благоприятные условия для бизнеса, включая верховенство закона, независимость суда, уверенность бизнесменов, что их бизнес не будет разрушен при каких-то политических обстоятельствах. Это, мне кажется, гораздо более важно, чем то, что государство из бюджета будет выделять инвестиции на те или иные проекты.

            Олег Наумов: То, что сейчас происходит с Сахалин -2

      Евгений Ясин: Сахалин -2 – это прямой удар по активности бизнеса. Хотя это иностранная компания, но, я думаю, российские бизнесмены не настолько злорадны, чтобы радоваться несчастьям своих иностранных коллег в таком проекте.

             Олег Наумов:  Российский бизнес достаточно лояльно относится к присутствию иностранного капитала в России. А российский народ допускает присутствие иностранных денег только в отдельных отраслях. Так, по данным ВЦИОМа, 62% опрошенных считают допустимым участие иностранного капитала в нашем автомобилестроении, 29% - против заграничных инвестиций. Оренбургская область среди регионов России  пока в середнячках и в целом по объему инвестиций, и по доле иностранных вложений. Вот мнение об этом Виктора Сытежева, президента Торгово-промышленной палаты Оренбургской области:  «Инвестиции растут, безусловно. Все больше и больше их привлекается в Оренбург и Оренбургскую область в разные отрасли. По моим наблюдениям, денег все больше и больше приходит извне: из Москвы, из Самары, Екатеринбурга и, из-за рубежа. Хотя объем иностранных инвестиций в общем объеме очень незначительный, всего 10 %, и не следует говорить, что иностранные инвестиции нас спасают».

     Кроме объемов инвестиций очень важно доверие инвесторов. Если вспомним проблемы наших маленьких частных инвесторов, когда люди вложили деньги в строительство, стали дольщиками и теперь лишаются своих инвестиций. Это ведь тоже подрыв доверия?

     Евгений Ясин: История с дольщиками весьма интересная для нас, прежде всего, потому что дольщики пали жертвой принятия довольно приличного закона по жилищной реформе и по гарантированию их вкладов. Но переходные меры не были предусмотрены, поэтому застройщики решили спасти свои капиталы за счет дольщиков. Это урок реформаторам, которые готовят законы, а не учитывают, что будет происходить в жизни, а не то, что они придумали на бумаге.

     Олег Наумов:  Тема обманутых инвесторов, не получивших квартир в новостройках и не вернувших вложенные в жилье деньги, по-прежнему остается актуальной.  В одной Оренбургской области по вине «Социальной инициативы» без денег и без квартир остались  сотни человек. Волна митингов и акций протеста прокатилась по стране. Одни подают иски в суд, другие устраивают голодовки в недостроенных домах, третьи возлагают надежды на правительство и президента.

      А вот другая проблема нашей экономики. РАО ЕЭС предупреждает о зимних отключениях электроэнергии. Растущей экономике ее просто не хватает. Чубайс предложил поднять цены на газ и больше продавать его на внутреннем рынке. Тем самым будут наращиваться производство электроэнергии. Газпром – против, Путин – против. За счет чего РАО ЕЭС будет наращивать производство электроэнергии? Если покупать мазут, стоимость электроэнергии будет еще больше.

     Евгений Ясин:  Первое, что нужно сделать, это повысить тарифы на газ, для того, чтобы его выгодно было продавать внутри страны. Второе, это повысить тарифы на электроэнергию. Вы скажете, а как же другая промышленность? А как же население? Отвечаю: в обрабатывающей промышленности, как правило, расход электроэнергии невысок и, следовательно, невысока доля в затратах. Поэтому, если повысятся цены, даже кратно, все равно, это не будет для них чувствительно. Но это будет мощный стимул для энергосбережения. С населением дело обстоит так: это, конечно, существенное удорожание жилищно-коммунальных услуг. Моя позиция такова: жилищно-коммунальные услуги должны быть доступны по реальной стоимости, необеспеченным слоям граждан должны быть повышены доходы. Я имею в виду, прежде всего, бюджетников и пенсионеров. Эти доходы должны быть достаточны для воспроизводства рабочей силы. Как в свое время Маркс определял это явление. С моей точки зрения это означает, что семьи должны тратить деньги и на свет, и на тепло, и на газ столько, сколько он реально стоит, без льгот и субсидий. Они должны иметь возможность заплатить и за медицинскую страховку, и сделать взнос в пенсионный фонд, но зато зарплата или пенсия должны перекрывать эти расходы. А если мы хотим, чтобы население не противилось, а было сторонником реформ, то это повышение должно быть в полтора раза выше, чем то повышение цен, которое произведется. Вы скажете, откуда брать деньги? Из Стабилизационного фонда? Это же прямой путь к инфляции. Ответ простой: если мы даем эти деньги на зарплату и одновременно проводим реформы здравоохранения, образования, пенсионную, то мы тем самым делаем инвестиции в создание новых институтов. Это настоящие институциональные инвестиции, это очень важная вещь. После этого мы переходим к другой системе, где все институты будут нацелены на работу в нормальных рыночных условиях.  И за это не жалко заплатить.

     Олег Наумов: Компания «Русал», СУАЛ, Glencore объединили свои активы, чтобы захватить лидерство на мировом рынке первичного алюминия. Это будет первая глобальная компания без государственного участия. Ну, а что от этого россиянам?

      Евгений Ясин: Населению никакой выгоды нет. Думаю, что у нашего Президента есть честолюбивая мысль о том, что в какой-то отрасли появится русская часть. Я бы согласился, но только при одном условии: все пошлины на импорт алюминия должны быть отменены. Чтобы российские потребители алюминия не страдали. Если господин Дерипаска захочет драть с них монопольную ренту, чтобы у него такой возможности не было.

     Олег Наумов: Ну да, здесь производить алюминий за счет дешевой электроэнергии по одной стоимости, потом оттуда привозить алюминий для наших потребителей по другой…

     Евгений Ясин: Да, если там будет равновесная цена, и она будет уравновешиваться конкуренцией западных компаний, он может здесь потерять рынок, если он будет здесь слишком активничать. Я беспокоюсь в данном случае о российских потребителях, потому что если будет дороже алюминий, будет дороже квадратный метр жилья, в этом все дело.

      Олег Наумов:  Из сказанного ясно, что простой рост инвестиций еще не означает качественного оздоровления экономики. Ведь монополизация отрасли приведет к росту стоимости изделий из алюминия и больно ударит по таким отраслям, как строительство, машиностроение, электроника. А, в конечном счете, и по потребителю. Стремление нажиться любой ценой, игнорируя других участников рынка и интересы общества, - такое положение нас уже не устраивает. Это в полной мере относится и к таким отраслям экономики, как, например, игорный бизнес.  Кризис российско-грузинских отношений стал поводом к наведению порядка в этом секторе экономики. Как вы относитесь к идее четырех игорных зон на всю Россию?

      Евгений Ясин: Моя душа либерала разрывается на части, потому что как либерал, я считаю, что должна быть свобода предпринимательства для любого, если есть спрос. Но как человек, который заботится о нравственности, о карманах своих сограждан, я хотел бы, чтобы они тратили деньги разумно, не подвергаясь нашествию одноруких бандитов, и я поддерживаю эти меры.

     Олег Наумов: Военная часть бюджета на 2007 год по сравнению с 2001 годом выросла в 6 раз: со 140 млрд. руб.  до 870 млрд. руб. По административным расходам  еще больший рост. Как при этом можно говорить о социальной направленности бюджета страны?

     Евгений Ясин: Вы правы. Я не считаю, что наш бюджет имеет социальную направленность, хотя ради справедливости надо заметить, что темп роста расходов на образование и здравоохранение в 2007 году будет выше, чем темп роста расходов на оборону и на правоохранительную деятельность и на безопасность.

      Олег Наумов: Смотря, что взять за базис…

      Евгений Ясин: В этом все дело. Ведь до этого четыре года опережающими темпами росли расходы на военную организацию. Кроме того, остаются большими расходы на чиновников. И на народное хозяйство, на национальную экономику большие расходы опять появились. С советских времен такой статьи не было. Поэтому я думаю, что в бюджете государственный уклон, а не социальный. Социальную часть расходов можно было бы сделать и побольше. 

       Олег Наумов: Народ, в значительной массе, по привычке боится иностранцев. Мол, скупят наши ресурсы, обманут, оставят ни с чем. С другой стороны, всем понятно, что благополучие страны в будущем зависит не от нефти и газа, а от того, сколько средств сегодня будет вкладываться в развитие высокотехнологичных  отраслей. И не важно, чьи это деньги: российские или иностранные. Главное, чтобы это были прямые инвестиции, когда капитал вкладывается в развитие конкретного производства, например, холодильников в Орске, или автомобилей «Форд» под Петербургом. Ведь за этим следует появление новых рабочих мест, наполнение рынка товарами, а государственный бюджет – налогами.

  

 

     26 ноября 2006 г.