Заказ звонка
* Представьтесь:
* Ваш телефон:
Сообщение:
* - поля, обязательные для заполнения
Заказать звонок
Курс валют
Курс валют предоставлен сайтом kursvalut.com
Счетчик

Новости

 


«Прямая линия». На вопросы читателей отвечал доктор исторических наук, автор и ведущий программы «Диалог» на телеканале «Орен-ТВ» Олег Наумов. «Комсомольская правда-Оренбург», 1 ноября 2007 г.
опубликовано: 01-11-2007

 О росте цен с точки зрения покупателя…

- Здравствуйте, я Татьяна Николаева. Почему у нас местные продукты сильно подорожали? Например, ташлинский бифидок раньше стоил 13 рублей, а сейчас стоит 19, то есть вырос в цене почти на 50 процентов.
- Рост цен на продукты питания связан с тем, что у нас рынок до сих пор несовершенен. Нет свободной конкуренции, при которой торговец был бы заинтересован в скорейшей реализации своего товара. А у нас договорная монополия, когда несколько компаний договариваются и держат высокие цены. Покупателю некуда деваться, он вынужден брать продукты по тем ценам, что установила группа монополистов. И это поощряется властью, поскольку сама власть участвует в бизнесе. Это относится и к сфере жилищно-коммунальных услуг, где действует та же самая договорная экономика.
Для того, чтобы не было роста цен, необходимо разрушить эту монополию и создать свободную конкуренцию. Сейчас во многих странах Европы и Азии тоже идет повышение цен на продукты питания. Но минимальное – на 3 процента. И то народ возмущается. А у нас продукты подорожали чуть ли не в полтора раза!
- Как вы думаете, мы вообще дождемся решения этого вопроса?
- Нужно развивать нормальную рыночную экономику. Не теми методами, которыми сейчас пытаются решить проблему. Сейчас, перед выборами, цены заморозили до января. А потом что? Замораживать до следующих выборов? Так не бывает. Либо мы в рынке находимся, либо в плановой экономике. А посередине быть нельзя!
На какие-то группы товаров цены будут заморожены, их будет все меньше и меньше, потому что их станет невыгодно продавать. А на другие группы товаров цены будут расти. Решение проблемы в том, чтобы повышать конкурентоспособность нашей страны в целом и конкуренцию на внутреннем рынке.
- Алло! Меня Евгений Владимирович Галицкий зовут. В прошлом году я начал строительство дома. Этим летом цены на цемент выросли практически в два раза. Мне сказали, это от того, что наш цементный завод в Новотроицке продали предпринимателям из Казахстана. А как же оренбуржцам строиться?
- Проблема не в том, что завод продали. Ведь он продолжает производить цемент и поставлять его на наш рынок. Проблема в договорной монополии, когда цены удерживают после определенной договоренности между компаниями-монополистами. Проблема в том, что рынок нормально не развивается. Группа «Евроцемент», продающая больше половины всего цемента в стране, диктует свои цены. Какое-то время значительная часть цементного производства была у госпожи Батуриной, жены мэра Москвы Юрия Лужкова. Сейчас она опять эту часть предприятия берет под себя.
Чтобы эта вакханалия роста цен прекратилась, как можно больше предприятий должны производить этот цемент. И когда речь идет о программах ипотеки, жилищного строительства, куда направлено очень много денег, мы должны говорить не о том, чтобы дать людям возможность брать дешевые кредиты, а о том, чтобы вкладывать деньги, поощрять и развивать отрасль строительных материалов. Вообще сделать ее приоритетной и дать возможность этому бизнесу расширяться. Иначе все время на рынке цемента будет большой спрос, а число предлагающих его останется минимальным, и опять будет рост цен, диктуемых производителями.
Власти надо перестать крышевать структуры типа батуринской и дать другим производителям возможность спокойно работать на рынке. Тогда проблема будет снята и, возможно, не будет роста цен на цемент. А с учетом того, что в Сочи началось строительство к Олимпиаде и потребность в цементе сильно возросла, власти нужно вмешаться немедленно. Иначе цемент так и будет дорожать.

… коммерсанта…

- Здравствуйте, Олег Георгиевич! Меня зовут Михаил Алексеевич. Как вы считаете, вот эти веяния с ограничением торговых накруток - это борьба с малым бизнесом или непонимание администрацией простых экономических процессов? Потому что в эти надбавки предприниматель закладывает многие параметры: и зарплату, и транспортные расходы, и сумасшедшую аренду, и всевозможные расходы, связанные с СЭС, пожарными, разными инспекциями, которые без протоколов не уходят, то есть сами фактически работают на повышение торговых надбавок. И к тому же власти пытаются приравнять малый бизнес к крупному, как, например, сейчас, нахваливая сетевые магазины, которые ограничивают надбавки, но имеют возможность получать прибыль от водки с вином. А на чем может сделать прибыль маленькая точка, работающая в подъезде жилого дома?
- Да, Михаил Алексеевич, все это – непонимание экономических процессов. Это не борьба с малым бизнесом, по поводу которого все время говорят, что его надо развивать, что малый бизнес – основа экономики любой страны. Но, к сожалению, у нас во власти на федеральном и региональном уровне торжествуют те силы, которые считают: «Скоро выборы, поэтому давайте сейчас сделаем вот так, а дальше видно будет». Которые думают, что мы в состоянии строить какую-то свою, особую экономическую модель, какую-то свою особую демократию. А на экономические закономерности они мало внимания обращают, у них появилась проблема, и они решают ее самым простым способом – взять и остановить. В детали, что там будет иметь сетевой магазин, а что останется малому бизнесу, они не вникают, и в этом-то и есть самая главная проблема, потому что расхождение между словом и делом просто-напросто колоссальное. Если бы кто-то не ограничивался красивыми словами о поддержке малого бизнеса, а делал для его развития что-то реальное, сейчас к малому бизнесу по-другому относились бы. Во всяком случае дали бы налоговые льготы, чтобы предпринимателям было легче дышать. И за счет малого бизнеса сразу же прошел бы серьезный подъем экономики. Но, к сожалению, никто из чиновников в этом не заинтересован, для них малый бизнес – это то место, где они реально могут что-то для себя поиметь.
- Буквально вчера (7024 октября. – Ред.) начальник городского управления по развитию рынка и предпринимательства по телевидению выступал. У него спросили, почему нельзя ограничить аренду в «Трех Китах», ведь аренда – это 50-60 процентов вот этой накрутки. Он ответил, что там частники, мы с ними не можем справиться. Значит, с тем они не могут, а с простым малым предпринимателем могут?
- Вот видите, он даже лукавить не пытался! Все так и есть: трудно совладать с любым крупным собственником в масштабах города, потому что крупный бизнес имеет дела с людьми наверху, он уже там все отдал. Поэтому на местном уровне чиновнику остается только один путь – заниматься мелким бизнесом и иметь с него что-то для себя.
Если бы у нас было несколько иное чиновничество и мы не двигались куда-то в сторону от демократии и свободного рынка, то мы даже в нынешних условиях, при нынешнем законодательстве нормальными методами – тем же регулированием размеров арендной платы и налогов – создавали бы условия для развития малого бизнеса, а не вспоминали бы директивные советские методы из разряда «я здесь хозяин, поэтому я запрещаю!».
Если бы мы смогли приостановить эту тенденцию сползания нас в какую-то суверенную демократию, все-таки занимались реальными проблемами и малого бизнеса, и наших пенсионеров, и в целом народа, тогда бы ситуация была другая. А у нас слишком много показухи и замазывания глаз вместо реальных дел. И, к сожалению, народ так воспитан, все время выходит голосовать и думает: «Ну, может, хоть сейчас станет лучше!» А нам нужно больше критиковать, протестовать, реально выходить и законными методами добиваться защиты наших интересов.
- Но после совещаний в администрации и выступлений отцов города, честно сказать, не особо-то хочется возмущаться.
- Если не будете возмущаться, не будете избирать таких депутатов, кто способен ваши интересы представлять, чтобы хотя бы они возмущались, то дальше ничего не сдвинется. Американцы и европейцы к нам сюда не прилетят и не сделают у нас демократию, потому что только мы с вами способны ее построить и защитить, в том числе и на городском уровне. Будем и дальше молчать и надеяться на кого-то другого – ничего не изменится. Если бы люди понимали прямую связь между демократическим обществом и их благосостоянием, тогда, я думаю, у нас и власть была бы другая.

…и наблюдателя…

- Здравствуйте, вам звонит Валерий Гриньков, Оренбургский государственный педагогический университет. Олег Георгиевич, почему, на ваш взгляд, реакция власти на рост цен наступила так поздно?
- Потому что наша система, которую называют государственной демократией, или суверенной демократией, вместе со всей нашей вертикалью власти не способна на превентивную, то есть упреждающую реакцию. Она не способна видеть ситуацию на рынке и сглаживать ее. А вот впоследствии по хвостам бить она способна: взять и заморозить какие-то цены или повысить пенсию на 300 рублей как бы вдогонку – это она может. Но такие действия только загоняют проблему вглубь, ситуация становится все более жесткой, и в конце концов происходит взрыв. Все упирается в систему власти и в то, как власть координирует систему взаимоотношений с экономикой, с бизнесом.
- То есть экономическое прогнозирование для страны пока проблема?
- Конечно. Мы сейчас живем за счет очень высоких цен на нефть, под 90 долларов за баррель. А когда у нас был дефолт, цена нефти была 8 долларов за баррель. Нынешние стабилизация и порядок в экономике – видимость, основанная на песке. Этот песок называется «цена за баррель нефти». Если эта цена опустится хотя бы до 20 долларов за баррель, у нас начнется самый настоящий кризис! Потому что деньги, которые существуют, никак не произведены нашей экономикой. Задача власти, которая думает о будущем, использовать этот безусловно благоприятный момент, для того, чтобы развивать самые разные отрасли экономики, вкладывать деньги в инфраструктуру. Чтобы потом, когда цена нефти опустится до нормальной, у нас были развиты и реформированы другие отрасли экономики. Только тогда у нас появится будущее. Пока, к сожалению, его у нас нет.

О настоящей демократии

- Олег Георгиевич, добрый день! Вам звонит Виктор Больших. Вы не новичок в политике. Скажите, как вы относитесь к политическим провокациям? Почему в России этот метод в ходу?
- Политические провокации – это признак страны с неустойчивой демократией либо страны, где демократии нет вообще. В странах с устойчивой демократией в этом методе нет необходимости, там политические партии открыто и напрямую соревнуются в отстаивании своих взглядов и за счет этого получают голоса избирателей.