Заказ звонка
* Представьтесь:
* Ваш телефон:
Сообщение:
* - поля, обязательные для заполнения
Заказать звонок
Курс валют
Курс валют предоставлен сайтом kursvalut.com
Счетчик

Новости

 


В Госдуме прошли парламентские слушания «О молодежной политике в РФ». Почему власть решила взяться за подрастающее поколение? Должно ли государство вмешиваться в процесс формирования молодежных организаций? Надо ли ограничивать доступ в интернет и способна ли власть выстроить работу с молодежью в соцсетях? Член комитета гражданских инициатив Анатолий Ермолин, председатель Оренбургского областного молодежного парламента 2014-2016 годах Дмитрий Чернов, депутат Законодательного собрания Оренбургской области Владимир Фролов в программе «Диалог с Олегом Наумовым».
опубликовано: 01-06-2017

Олег Наумов: Каждый год накануне Дня защиты детей в стране традиционно проводятся мероприятия, имеющие своей целью показать, как власть заботится о детях и молодежи.  В этом году праздник будет особенным:  президент Владимир Путин подписал указ об объявлении «Десятилетия детства» в России. Правительство в течение трех месяцев должно разработать подробную программу работы и утвердить план мероприятий до 2020 года.  Законодательная ветвь нашей власти тоже не отстает:  22 мая состоялись парламентские слушания «О молодежной политике в РФ». Выступавшие на слушаниях депутаты говорили о том, что работа с молодежью одна из приоритетных в нашей стране и как много еще предстоит сделать. Большинство предложений было в советском духе. Например, коммунисты предлагали возрождение молодежных общественных организаций, по типу октябрят, пионеров и комсомола. Возможно ли это сегодня? Должно ли государство вмешиваться в процесс формирования молодежных организаций?

 

Анатолий Ермолин: Что касается пионерской организации, то в принципе я к ней испытываю большие симпатии. Слово пионер это стопроцентный синоним того же скаута, и поскольку я изучал историю пионерской организации,  я прекрасно понимаю, что это была точная копия скаутской организации, перед которой поставили другие идеологические задачи и другие социальные ориентиры, постепенно выхолостив все скаутское. Но тем не менее, даже то, что осталось, было вполне нормальным, хорошо работало и было много творческих людей. Но я думаю, что на ней будет висеть клеймо Советского Союза и советской идеологии и это клеймо всячески будут ставить современные коммунисты, всячески отождествляя себя с пионерией, но речь, собственно должна ведь идти не о терминологии, хотя это тоже очень важно. Как вы яхту назовете, так она и поплывет. Здесь важно говорить о содержании, о целях, о миссии, о том, чем такая организация должна заниматься. Что должно быть в момент, когда ребенок выходит из детской организации и вступает в молодежную, то есть должна быть определенная преемственность.

 

Дмитрий Чернов: Мне кажется, государство должно поддерживать инициативу: если ребята хотят заняться добровольчеством, помощью инвалидам, старикам и тд, пожалуйста, вот вам инструменты, вы можете получить гранты, формы для оформления вашего юридического статуса, если вам необходимо. Вплоть до того, что какое-то место сбора. То, о чем идея летает в городе Оренбурге, о том, чтобы создать центр молодежи, чтобы могли в любой момент прийти, собраться.

 

Олег Наумов: Но пока мы только мечтаем о создании молодежных центров, наши дети осваивают общение виртуальное. Через соцсети общаются, влюбляются, выполняют домашние задания. Именно через соцсети с молодежью работает оппозиция. И поэтому  первая реакция власти – запретить и ограничить. Депутат Госдумы от «Единой России» Виталий Милонов внес на рассмотрение парламентариев проект закона «О правовом регулировании деятельности социальных сетей».

 

Мнение:

«Социальная сеть — особый виртуальный мир, в котором человек проводит значительную часть своей жизни, вступает в контакт с другими людьми, и, по сути, осуществляет все те же самые действия, что и в реальном мире. Нельзя допускать, чтобы эта сфера оставалась вне закона».

 

Олег Наумов: Законопроект направлен на ограничение доступа к социальным сетям детям до 14 лет. Этим документом также предлагается ужесточить административную ответственность за организацию несанкционированных митингов посредством социальных сетей.

 

Анатолий Ермолин: Современный интернет – это кладезь не просто знаний, сейчас практически ты можешь Гарвард закончить, Йельский университет, потому что все курсы выложены, все профессура начитала, то есть ну и что мы одновременно, боясь педофилов, а тем более, оппозицию, сейчас перекроем доступ к современному образованию? Интернет – это огромные возможности, и большие проблемы. Но мы же не отбираем скальпель у врача. Интернет -  это уникальная коммуникация. И коммуникация не может быть плохой или хорошей, как техническая возможность. Содержание коммуникаций – это другой вопрос. Это большие проблемы.

 

Дмитрий Чернов: Ограничивать или запрещать совсем интернет – я против этого. Это новые технологии, которые мы сейчас уже не исключим из нашей жизни. И обойти эти запреты будет, к сожалению, или к счастью элементарно, а вот как-то контролировать процессы входа в интернет, для того, чтобы интернет стал не просто какой-то виртуальной площадкой, а реальной общественной площадкой – я за это.

 

Олег Наумов: Ни для кого не секрет, что в интернете есть и реально опасные для детей аккаунты. И с эти надо что-то делать. Госдума приняла закон об уголовной ответственности за создание "групп смерти" в интернете  и склонение детей к суициду. Максимальным наказанием за это будет лишение свободы на срок до 6 лет.

 

Анатолий Ермолин: Я думаю, с этими явлениями надо бороться вживую. То есть выявлять людей, которые создают подобные игры. Непонятно, чем занимаются наши правоохранительные органы. Если существует подпольная сеть, которая доводит до суицида юных граждан, то тогда к чертовой матери надо сносить всех, а если до сих пор такая сеть существует, мы про нее знаем, и при этом есть убедительные признаки ее существования и мы не можем ее победить. Не с интернетом надо бороться, а с теми, кто это придумывает. То это делает, кто организует способы трансляции каких-то влияний, или зомбирующих, или вовлекающих в опасные суицидальные игры и т.д. Это вопрос к психологам, вопрос к оперативникам, к следственным органам.

 

Дмитрий Чернов: Если мы понимаем, кто это делает – его легко вычислить и соответственно привлечь к ответственности реальной, то таких случаев будет намного меньше. Другой вопрос, что палку перегибать не стоит. За перепост не всегда надо штрафовать или сажать, потому что перепост тоже с разным смыслом может быть.

 

Анатолий Ермолин: Есть другая проблема, более с моей точки зрения реальная и более ощутимая – это террористические сети, это втягивание молодежи в преступные экстремистские, террористические объединения. Но опять – таки, интернет – только средство. Да. Проблема есть. Но проблема выражается в чем? В том, что есть какие-то вдохновляющие образцы поведения, которые воодушевляют современных молодых людей  на вступление в подобные организации, но мы в таком мире сейчас живем, и тут ничего не поделаешь, перекрыть интернет – это значит, как страусу просто  голову в песок засунуть и сделать вид, что интернета нет. Все равно это будет.

 

Олег Наумов: После протестной акции 26 марта власть всерьез задумалась о том, как не допустить применения молодежи в качестве движущей силы протестных явлений.

 

Мнение:

«Разговор о молодежи - это разговор о самом главном. Основой молодежной политики является понимание того, что дети - наше будущее. И от того, что мы вложим в них сегодня, зависит наше завтра и будет ли это завтра у нас всех.

Ольга Васильева, министр образования и науки РФ.

 

Олег Наумов: Работа с молодежью уже началась. В школах и вузах прошли лекции на тему «Навальный - экстремист», заказали Алисе Вокс и другим молодежным кумирам  клипы о вреде митингов. Даст ли это ожидаемый эффект? Сможет ли власть перехватить у Навального повестку дня и сумеет ли работать «на его поле»? Думаю, что это будет нелегко, тем более что социологами зафиксировано: молодежь власти не доверяет и не боится ее.

 

Анатолий Ермолин: Если власть хочет как-то конструктивно повлиять на детей. Ну дайте ей деятельность, которая их увлекает. Ну не кормите мертвечиной молодежь и детей. Придумайте живые настоящие дела, чтобы всем было интересно. Причем, неважно, какие: досуговые, военно-патриотические, туристические. Вы просто сделайте так, чтобы детям было интересно, ну тогда вот случилось, дети утонули в Карелии. Какой вывод? Все, давайте запретим вообще все и вся. Ну давайте детям перестанем показывать Родину, давайте не будем учить их навыкам самообслуживания, не будем водить их в лес, не будем показывать красоту русской природы. Поручить бюрократу бороться с Навальным – это мне кажется, лучшей рекламы Навальный никогда не получит. Важно же отчитаться, а не оценить,  какое реальное влияние это оказало на ребенка. У нас же и в педагогике никто не собирается оценивать эффективность и результативность воспитательных программ. У нас об этом даже никто не думает. У нас все мероприятия. Провели беседу, по всей стране пришли  суровые дядьки в классы, студенческие аудитории, начали говорить скучные слова. Ну и чего? Те, кто не знал про Навального, они про него узнали.

 

Владимир Фролов:  Я думаю, это не тот путь, по которому сейчас идут, делать какие-то определенные видеосюжеты, распространять, что для них хорошо,  а что плохо, для молодежи, для подростков особенно. Это не тот путь. Вы привлекаете внимание к этому в первую очередь. И наоборот, привлекаете подростков и молодежь участвовать в этом. Потому что у них есть  родители. Потому что они видят, как живут их родители. Как они относятся к тому, что происходит. Я не возражаю лично сам, чтобы дети свое слово говорили.

 

Олег Наумов: Большинство депутатов в Госдуме  имеют богатый жизненный опыт и солидный возраст, но в своем желании понять современную молодежь они зашли довольно далеко: пригласили на заседание известную видеоблогера 19-летнюю Сашу Спилберг.  Как авторитетный представитель нового поколения, она порекомендовала думцам стать прозрачными.

 

ГМнение:

«Делайте видео, выкладывайте в соцсети. Не бойтесь показать свое человеческое лицо, свою семью, увлечения и самое главное — работу. Тогда государство через некоторое время превратится из абстрактного понятия в конкретных людей».

Саша Спилберг, видеоблогер

 

«Мы должны понимать, что сейчас новое время. Огромное количество наших граждан имеют свои страницы в соцсетях и смотрят тех или иных блогеров иногда даже больше, чем телевидение. Опыт блогеров может содействовать выработке грамотной стратегии по взаимодействую с гражданами в сети»

Василий Власов, депутат ГД.

 

Анатолий Ермолин: Пока человек говорит, что думает, и делает от души и у него огромная аудитория – это одна ситуация. А когда он начинает использовать этот свой потенциал для того, чтобы помочь другим решить какие-то идеологические избирательные задачи и тд, весь его потенциал гасится. Ну то есть , даже те, кто его уважал, скажут, ах ты гад такой! Вот и все. А работать с лидерами молодежного общественного мнения тоже надо по-честному.  То есть не просто брать их за шкирку и говорить, ну-ка скажи что-нибудь хорошее про нас. Будет иметь тот же самый эффект.

 

Владимир Фролов: У нас очень много блоггеров оренбургских, которые стали на службу нынешней власти и ведут пропаганду положительной деятельности органов исполнительной власти, губернатора, правительства, и всячески принижают деятельность и позицию Навального и других. Вообще оппозиции. Это делается понятно почему, выборы президента России. И сегодня очень много нерешенных вопросов, которые обещал президент в 12-м году вместе в партией ЕР, если почитать эти заявления президента Путина и партии ЕР на тот момент, то он того, что там написано – ничего не исполнено.

 

Дмитрий Чернов: мне бы хотелось, чтобы не смешивались все мероприятия в кучу, потому что есть политическая молодежь, которая интересуется политикой, хочет реальной политикой заниматься, а есть молодежь, которая просто занимается, и сказать, что мы сейчас всю оппозицию подведем под Навального, весь интернет. Есть ребята, которые говорят: я не за Навального, не за Путина, мне просто непонятна ситуация, объясните мне, почему такое происходит. Это нормальная позиция, с этим надо работать, надо просто выходить и отвечать, объяснять. И тот же молодежный парламент, я будучи председателем позиционировал именно так, что  мы являемся такой площадкой между молодежью, которая не знает, что происходит наверху, и депутатами, которые не всегда знают, что происходит внизу.

 

Олег Наумов: Во многих регионах уже есть специальные структуры по работе с молодежью. По результатам парламентских слушаний правительству и Министерству образования рекомендовано закрепить статус работников сферы государственной молодежной политики и утвердить профессиональный стандарт «Специалист по работе с молодежью». Через какие формы работы власть смогла бы действительно привлечь молодежь и реально влиять на формирование мировоззрения молодого поколения?

 

Анатолий Ермолин: Мне нравится такой управленческий подход в Совете Европы. Там есть четкое определение, что такое молодежная политика. Молодость – это период жизни человека от тотальной беспомощности ребенка до автономности и самодостаточности взрослого человека. То есть, молодежная политика на уровне детства должна решать одни задачи, на уровне подростковости – другие, на уровне становление молодого человека третьи. То есть, самая главная задача – подготовить автономную личность, воспитать человека здравого смысла, который понимает экономические задачи, которые перед его страной стоят, для того, чтобы найти свое место на рынках труда. Нормальная молодежная политика должна учитывать и мои личные потребности, и потребности того общества, той страны, в которой я живу.

 

Дмитрий Чернов: Молодежь – она такая разная. Кому-то интересно грибы собирать, кому-то на велосипеде кататься. И форм –то много. Сегодня у нас в области закон о молодежной политике настолько универсален, что он в принципе позволяет поддержать любую инициативу. И неважно, хотите вы организовать свой благотворительный фонд или кружок оригами. Мы готовы помогать, в рамках бюджета и своих полномочий. И форм таких много, и сказать, что давайте эту форму поддержим, а эту нет – я думаю, нельзя.

 

Владимир Фролов: почему проигрывает сегодня власть – потому что у них нет ярких личностей, они боятся их. Потому что яркая личность – это самостоятельное принятие решений и оценки того, что происходит. Поэтому сегодня через образовательные организации они не могут, что и показала ситуация 26 марта, они не могут их остановить. Они не могут их загнать в какое-то место, которое они хотели видеть. Молодежь, она понимает, что в данной ситуации будущего для них при том, что происходит, экономическая, социальная ситуация, у них нет в России. Почему  такое бегство в другие регионы, в том числе из Оренбургской области, да и из России в целом. Поэтому наверно не может эта система действующая быть эффективной с точки зрения без насилия быть эффективной. Только насилие для них сегодня является палочкой – выручалочкой.

 

Анатолий Ермолин: В принципе, любая власть боится харизматиков, которые увлечены идеей, которые идут до конца. Вот если бы молодежь сама бы решила создать молодежную партию, и сама могла вы все делать по-своему, как субъект, я вас уверяю, тогда все это было бы живое, настоящее, другое дело, что это было бы совсем трудно управляемым, но по большому счету, молодежь -  очень политически активный сегмент общества, и мы это видим. Молодежь, которая идет в политику, она должна по заслугам получать и….ну это же лифт. Политика – это лифт. То есть ты либо растешь внутри своей партии, возьмите госпожу Меркель – она с юных лет в политике. Молодой оппозиционер – это в будущем самый замечательный политик. Так дайте молодежи нормально высказывать свою точку зрения. Но, к сожалению, политика становится все более манипулятивной сферой. Это самая большая проблема. Может, это как раз и заставляет молодежь, по крайней мере, нормальную молодежь, с этим не связываться.

 

Олег Наумов: Парадоксальная складывается ситуация. С одной стороны, власть активно выступает против участия детей и молодежи в политике. Так, например, Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко выступила за законодательный запрет на вовлечение детей в массовые акции. Министр образования и науки Ольга Васильева считает, что молодежи следует находиться вне политики, а с теми, кто настраивает на участие в политических акциях, надо вести работу. Но, как же быть с тем, что студентов и иногда даже школьников активно привлекают на политические акции, которые устраивает власть? Последний пример: екатеринбургские студенты пожаловались на давление со стороны руководства вузов и властей, которые принуждают их к участию в митинге против терроризма 8 апреля. И такие примеры могли бы привести студенты многих вузов страны. Хочется обратиться к власти: вы уж разберитесь, нужна молодежь в политике или нет? Учитывая, что просто использовать ее в своих целях у вас не получится.

 

ОРЕН-ТВ

1 июня 2017г.