Заказ звонка
* Представьтесь:
* Ваш телефон:
Сообщение:
* - поля, обязательные для заполнения
Заказать звонок
Курс валют
Курс валют предоставлен сайтом kursvalut.com
Счетчик

Новости

 


Почему 100 лет назад величайшая российская империя рухнула за несколько дней? Насколько правомерны аналогии между 1917 и 2017 годами? Каковы итоги и последствия Февральской революции? Профессор Андрей Зубов и доцент кафедры истории России ОГПУ Юлия Куренкова в программе «Диалог с Олегом Наумовым».
опубликовано: 02-03-2017

Олег Наумов:   По мере приближения 100-летнего юбилея революции все чаще мы видим рассуждения тех, кто любит проводить исторические аналогии между 1917 и 2017 годами. Началось это еще в 2014 году, когда президент Путин объявил о том, что Крым станет частью России. Его рейтинг моментально взлетел вверх до 86%. Это время сравнивали с началом Первой мировой войны в 1914 году. Тогда вся страна сплотилась вокруг императора, которого совсем недавно не очень любили и величали «Кровавым». Стоя на коленях на Дворцовой площади со слезами на глазах пели «боже царя храни». Прошло два с половиной года войны, и отношение к власти изменилось настолько, что оказалось некому защищать императора и его семью. Любители аналогий считают, что и в наше время события могут разворачиваться также. Но пока мы никаких признаков к подобному развороту не видим. Впрочем, и в 1917 году революция оказалась для современников неожиданной и о причинах  крушения империи историки спорят до сих пор.

 

Андрей Зубов: Почему буквально в несколько дней прекратила свое существование величайшее, второе по величине, если считать первой Британскую империю, второе по величине государство мира. Как это могло произойти? Я смею вас заверить, что до сих пор историки теряются в загадках. В общем ясности нет. Но факт есть. Уже почти сто лет мы живем без России. Мы живем в государстве некоем, созданным большевиками, но Россия исчезла в 17 году. Как же так могло произойти со страной, которая занимала шестую часть суши и имела 180 миллионов населения. Она, безусловно, не была самой богатой страной мира, но была далеко не самой бедной. Но далеко не самой слаборазвитой.

 

Олег Наумов: Для современников революция всегда оказывается неожиданной. С началом первой мировой войны страну захлестнул всеобщий патриотизм, популярность царя в народе была чрезвычайно высокой. Но по мере неудачного хода войны, миллионов погибших и покалеченных, ухудшения условий жизни, менялось настроение людей.

 

Андрей Зубов: С одной стороны, все продолжалось по-старому. Все продолжалось так, как 5-10 лет назад, если не считать политической сферы и юридической, того, что произошло после1905-6 года. Все развивалось, как было 20-30 лет назад. Да была революция, было развитие, но это была все та же налаженная жизнь, все та же политическая система. Романовы правили страной, работали университеты, работали министерства, работали заводы. Где-то рабочие бастовали, где-то крестьяне возмущались. Шла война, но она шла уже два с половиной года. Все было более менее как каждый день. И в тоже время у всех практически в России было ощущение, что это вот-вот все кончится, вот-вот все рухнет. Обычный порядок, как казалось всем, завершится со дня на день. И мало кто воспринимал вот это ощущение, как трагическое. Подавляющее большинство людей верило, и надеялось на то, что вот совсем скоро, за горами не такими высокими, за холмами нас ждет светлое будущее, когда все будет великолепно. Все то, что было плохо в повседневности в юридической, экономической, социальной сфере – все это чудодейственно будет исправлено и мы окажемся в всеобщей радости и счастья. Поэтому отношение к власти, которая управляла страной, все более и более было негативным. Власть была помехой на пути вот к этому светлому будущему. Так светлое будущее была расхожая фраза. Обычная фраза в интеллигентных и полуинтеллигентных домах. Власть была преградой. А на самом деле и сама власть, за исключением отдельных ее представителей – она тоже мечтала об этом светлом будущем. Конечно, она видела его более рационально, она его видела  в некотором изменении институтов, законов, но все равно, считала, что стать другим и новым. И вот в этом двойственном состоянии Россия жила и в феврале 1917 года, сто лет назад.

 

Мнение:

«Дума продолжала обсуждать продовольственный вопрос, внешне все казалось спокойным, но вдруг что-то оборвалось, и государственная машина сошла с рельсов. Свершилось то, о чем предупреждали – грозное и гибельное».

Михаил Родзянко, председатель Госдумы, мемуары «Гибель империи».

 

Олег Наумов: Таково свидетельство очевидца председателя Госдумы Михаила Родзянко. Он как будто не замечал общего настроя против власти, протестов, забастовок рабочих. Недовольства элиты слабостью власти и тем, например, что царским фаворитом до декабря 1916 года был Григорий Распутин.

 

Мнение:

«Трудно представить, до какого разложения дошёл государственный аппарат Российской империи в последние годы царствования Николая II. Огромной империей правил безграмотный, пьяный и разгульный мужик, бравший взятки за назначение министров. Императорская фамилия, Распутин, двор, министры и петербургская знать — всё это производило впечатление какого-то сумасшедшего дома».

Михаил Бонч-Бруевич, генерал Русской армии.

 

Олег Наумов: В декабре 1917 года Григорий Распутин был убит в результате заговора. Но и после этого представители элиты продолжали почти открыто говорить о необходимости отстранения от власти императрицы, и составляли заговоры против самого императора. При этом дневник императора за февраль 1917 года дышит спокойствием и умиротворённостью. Николай кратко сообщает о том, кто из чиновников зачитывал ему доклады, а затем более пространно говорит о своих прогулках, чтении, молитвах.

 

Андрей Зубов: Государь все это знал. Он знал, что плетутся заговоры, ему было тяжко, а он хотел сохранить страну, семью, для своего наследника. Т.е. опять же, вы понимаете, в его голове личное, домашний приоритет, и это тоже напоминает кое-что в сегодняшнем, правда наследника нет. Домашний приоритет главенствовал над общенациональным делом.

 

Олег Наумов: В сложившейся ситуации для начала массовых беспорядков в Петрограде достаточно было малейшего повода. Нужен был даже не дефицит хлеба, а одни только слухи о том, что продовольствия в скором времени будет не хватать. Эти слухи появились вместе с февральскими снегопадами, которые усложнили сообщение между деревнями и Петроградом. Хлеба в городе вполне хватало на то, чтобы без проблем пережить образовавшуюся задержку, но истеричный шёпот о скором возвращении продовольственных карточек остановить уже никто не мог, да и не пытался.

 

Мнение:

«…Но дело было, конечно, не в хлебе… Это была последняя капля… Дело было в том, что во всем этом огромном городе нельзя было найти несколько сотен людей, которые бы сочувствовали власти… И даже не в этом… Дело в том, что власть сама себе не сочувствовала… Не было, в сущности, ни одного министра, который верил бы в себя и в то, что он делает… Класс былых властителей сходил на нет..»

Василий Шульгин, монархист,  книга воспоминаний «Дни».

 

Андрей Зубов: 22 февраля произошла первая большая забастовка на Путиловском заводе. Забастовка была вызвана тем, что завод закрывался. Завод как частное предприятие оказался неэффективным, он закрывался на санацию, потом он должен был открыться и очень скоро. Но на какое-то время рабочие потеряли работу и боялись, что потеряют зарплату. Это была чепуха, потому что зарплату им выплачивали, пусть не полностью, но выплачивали и зарплата была хорошая. Я вам скажу, что на Путиловском заводе квалифицированный рабочий получал в день 5 рублей, неквалифицированный – 3 рубля. Для сравнения некоторые цены. Фунт, 465 грамм, черного хлеба стоил 5 копеек, белого -10, говядины – 40, свинины 80 копеек, сливочного масла 50 копеек. Т.е. получая такую зарплату можно было жить беспечально. Но при этом, естественно, эти все продукты были в продаже. Нехваток не было. Нехватки в эти дни возникли. Так вот 22 рабочие вышли на демонстрацию с требованием работы, к ним присоединились забастовкой солидарности другие заводы Петрограда, хотя причин по большому счету для забастовки не было. Возможно, там видеть тоже немецкую руку, или руку русских социалистов. Это возможно, но скорее немецкую руку. Но тем не менее люди были так ожесточены, что они готовы были по пустяковой причине выйти на улицу. 23 февраля, по старому стилю, по новому стилю это 8 марта, это день женской солидарности. Международный женский день и в этот день работницы устроили демонстрации с требованием хлеба. Революционные листовки, которые 23 распространялись по Петрограду звучали так: «в тылу заводчики и фабриканты под предлогом войны, хотят обратить рабочих в своих крепостных». Крепостное право еще памятно. «Страшная дороговизна растет во всех городах. Голод стучится во все окна. Мы часами стоим в очередях. Дети наши голодают везде горе и слезы». Это листовка как раз по случаю 8 марта 1917 года, изданная РСДРП». Это ложь, это абсолютная ложь. Вся эта листовка насквозь лжива. И работницы это знают. Потому что да, в некоторых районах Петрограда перебои с хлебом – это правда. Но эти перебои не имеют никакого значения. Министр земледелия, выступая в Думе 25 февраля сказал, что запасы города составляют полмиллиона пудов ржаной и пшеничной муки, чего при нормальном потреблении, без подвоза, хватит на 10-12 дней. Но хлеб все время поступает в столицу. И что к тому же хлеб, причем черный хлеб исчез не во всех районах города, он в некоторых районах города остается, а черствый хлеб уже на следующий день уже не хотят покупать. Ни о каком голоде, даже о недоедании речи быть не может. Т.е. эта листовка – это прямая ложь. Но почему же работницы, которые казалось бы лучше всех должны знать, что это ложь, они вышли и требуют всего этого. В чем тут дело? Это, конечно, недовольство властью, как таковой. Ненависть к власти. Отвращение к войне.

 

Олег Наумов: В итоге выступления против власти царя, демонстрации становятся массовыми, полиция уже не в состоянии остановить толпу, а солдаты гарнизона отказываются стрелять и переходят на сторону восставших. В субботу 25 февраля, кульминация революции. Командующий Петроградским округом Хабалов и министр внутренних дел Протопопов   присылают телеграммы царю, в которых они сообщают о беспорядках и о том, что полиция и войска не могут удержать демонстрации, бунтовщиков.

 

Андрей Зубов: В ответ около 21 часа 25 февраля Хабалов получает из Могилева, т.е. из ставки царскую телеграмму, известную всем, она вызывает улыбку, но на самом деле никакой улыбки тут нет. Это очень жестка телеграмма «Повелеваю завтра же прекратить в столице беспорядки, недопустимые в тяжелое время войны с Германией и Австрией». Одновременно он распускает до апреля Государственную Думу.

 

Олег Наумов: Невозможность выполнения этого приказа очень скоро становится для царя очевидной, и он пытается послать войска с фронта, чтобы подавить мятеж. Но уже поздно, 1 марта в Таврический дворец стекаются многочисленные делегации, приветствующие победу революции. Стекаются демонстрации из Петрограда и его окрестностей.

 

Андрей Зубов: Приходит с Морским экипажем сам Кирилл Владимирович, один из ближайших к государю наследников престола в случае смерти или гибели государя. А это государь еще и не думал отрекаться. Кирилл Владимирович и огромное количество других людей выступают, как прямые мятежники, так ненавистна старая система власти.

 

Мнение:

 «Во главе колонны шел конвой. Великолепные всадники, цвет казачества, надменная привилегированная элита императорской гвардии. Затем прошел полк Его Величества, священный легион, формируемый путем отбора из всех частей и специально назначенный для охраны особ царя и царицы, затем прошел железнодорожный полк Его Величества. Шествие замыкалось императорской дворцовой полицией. Отборные телохранители, приставленные к внутренней охране императорских резиденций. И все эти офицеры и солдаты заявляли о своей преданности новой власти, которой они даже названия не знают».

Морис Палеолог, посол Франции в 1917 году.

 

Олег Наумов: 2 марта в Пскове еще оставаясь императором и стремясь сохранить преемственность власти, назначил верховным главнокомандующим своего дядю Николая Николаевича, распустил правительство и назначил новым главой правительства князя Львова, ставленника Госдумы. После этого император Николай Второй отрекся от престола в пользу своего младшего брата Михаила.

 

Андрей Зубов: Михаил не принял престол. И это совершенно разумно. Как отмечал юрист Набоков, отец писателя, принятие Михаилом престола было бы с самого начала порочным. Почему? Потому что он не имел прав на престол, это нарушало все российские законы. И кроме того Михаил женат морганатическим браком на графине Брасовой, он не имел право и поэтому занимать императорский престол. Поэтому император вручал ему престол не подумав, что он не имеет права им владеть. Или подумав и наплевав на это. Вообще он 25 лет управлял страной и такие вещи знал отлично. Так что это было еще одно странное действие императора. Михаил спросил Родзянко в Петрограде, когда он был вместе с ним, когда собрались 3 числа ряд деятелей только что созданного временного правительства первого состава, и Михаил спросил: «Можете ли вы гарантировать мне безопасность, если я приму престол?» Родзянко по своим воспоминаниям ответил: «Единственное, что я могу гарантировать Ваше Высочество, это умереть вместе с вами». После этого Михаил решил престол не принимать и 3 марта издал манифест об отказе от престола. И в этом манифесте были странные слова о том, что «посему призывая благословение божие, прошу всех граждан державы российской подчиниться Временному правительству по почину Государственной Думы возникшему и обличенному полнотою власти впредь до того, как созванное в кратчайшие сроки на основе всеобщего прямого равного и тайного голосования Учредительное собрание своим решением об образе правления выразит волю народа». Правда здесь Михаил не повелевает, а просит. Но, тем не менее, эта просьба Михаила оказалась единственной юридической формулой, которая легла основанием власти Временного правительства.

 

Олег Наумов: Новая власть - Временное правительство - пыталась как-то успокоить разбушевавшуюся стихию, но оказалось слабым для этой непростой миссии. Не решило ни одной острой проблемы, ни проблему войны, ни проблему земли для крестьян. Да и не в состоянии было решить.

 

Андрей Зубов: Попытки как-то слепить законы старой России с новым Временным правительством продолжались с марта по октябрь и закончились Октябрьским переворотом. И мы сейчас продолжение Октябрьского переворота. Вот так, дорогие друзья произошла эта революцию, удивительная революция. Революция, которая в принципе могла бы легко не произойти. Крупнейший русский историк Карпович в своей книге «Империо раша», Нью-Йорк, 1932 год, писал: «Едва ли правомерно утверждать, что революция была абсолютно неизбежной. России предстояло решить много трудных и запутанных задач, но возможность их мирного решения отнюдь не исключалась. Война сделала революцию вероятной, но лишь человеческой глупости сделало ее неизбежной». Увы, с этим выводом приходится согласиться.

 

Олег Наумов: Только ли война да человеческая глупость привели к крушению империи? Конечно, война резко обострила все проблемы, стоящие перед страной, но вряд ли правильно сводить все дело только к ней.

 

Юлия Куренкова: Многие обстоятельства жизни того периода подводили к глубочайшему кризису. Четыре ключевые сферы общественных отношений – экономика, политика, социальная и духовная сферы. Экономика у нас развивалась очень тяжело. По крестьянскому вопросу, как известно в начале 20 века крестьянство представляло 70% населения, оно было неоднородным расслаивалось. А уровень жизни остался низким. Если говорить о социальном факторе, то один из ключевых называют  -проблемы национальной политики и то, что народы не чувствовали себя многие хорошо и многие представители их активно участвовали в революционном движении. Если говорить о дифференциации, то разные социальные группы были очень недовольны. Поскольку шла война и началось восстание солдат, тоже обострились все отношения. Ну и духовный фактор. Говорят. Что все в головах сначала происходит. Это и произошло в головах. Примечателен такой факт, что есть данные что достаточно много средних и мелких чиновников в начале 20 века придерживались либеральных взглядов. Привлекательна была идея реформирования, изменения жизни в стране. Вот глубочайшие революционные изменения которые начались в феврале и дальше развивались и переросли в другую стадию.

 

Олег Наумов: Февраль 1917 года действительно привел к глубочайшим изменениям самих основ российской жизни.  Почему же сегодня этому поворотному историческому событию не придается такого значения, которого оно заслуживает?

 

Юлия Куренкова: Может быть это в силу особенностей нашего государства, может быть,  в силу менталитета нашего народа, идеологии, которая сейчас есть в нашем обществе и в тоже время ценностей либеральных, которые были тогда и сейчас, которые не приживаются. Но факт остается фактом, что значение революции достаточно велико. Хотя бы на том основании, что в ее результате была установлена новая форма правления – республиканская. Что было провозглашено равноправие полов. Причем в нашем государстве в одном из первых. Даже если сравнить с европейскими странами и США, где женщины получили избирательное право только в 20-е годы, а у нас в 1917 году. И многие такие вещи были введены впервые в нашей стране, которые сейчас в современности являются общим местом. Нормальными человеческими правами, нормальными обстоятельствами социальной жизни людей. Поэтому этот опыт нам его еще нужно изучить. Он, наверное, вот 100 лет прошло и недостаточно изучен. Поэтому дальше эта история будет изучаться больше и интерес, наверное даже и увеличится.

 

Мнение:

«Февраль – не прелюдия к Октябрю и не пролог к катастрофе. С точки зрения элит, это была экстренная попытка вывести власть из состояния деградации и спасти ситуацию в стране, с позиции общества – запоздалое, но решительное отрицание политического мракобесия, иррационализма, коррупции и надежда на прорыв к политической модернизации, справедливому устройству».

Григорий Явлинский, лидер партии «Яблоко».

 

Олег Наумов: Понятно, что в условиях неуступчивости царского самодержавия, отсутствия реформ, революция должна была случиться. История показывает, что в тех странах, где не происходит эволюционного постепенного, но явного прогресса в политическом и экономическом освобождении людей жди революции. Так случилось и в России, народ на баррикадах добился для себя больших прав и свобод. Россия стала самой демократической страной в мире. Временное правительство отменило смертную казнь, амнистировало политзаключенных, отменило «черту оседлости». Но экономический кризис, вызванный войной, не был остановлен. Продолжалось участие в войне до победного конца. Нерешенным оставался крестьянский вопрос. То есть Временное правительство не могло решить ни один жгучий вопрос, перманентный кризис власти продолжался. Философ и историк Пётр Струве отмечал, что Февраль породил Октябрь. В этом и заключалось основное значение тех неспокойных дней. Никем нежданный, поразивший всех февраль 1917 года ознаменовался стихийным народным потоком, и побеждал тот, кто был  способен был идти на гибель сам и уж тем более, не задумываясь послать на гибель миллионы. И такие кровожадные люди нашлись – партия большевиков утопила страну в крови по пути к тому самому светлому будущему, о котором мечтало все общество в феврале семнадцатого.

 

ОРЕН-ТВ

2 марта 2017г.