Заказ звонка
* Представьтесь:
* Ваш телефон:
Сообщение:
* - поля, обязательные для заполнения
Заказать звонок
Курс валют
Курс валют предоставлен сайтом kursvalut.com
Счетчик

Новости

 


18 сентября в России произошло главное политическое событие года, которое определит траекторию движения нашей страны на ближайшие годы. По результатам выборов в Государственную Думу партия «Единая Россия» получила конституционное большинство.
опубликовано: 24-09-2016

Олег Наумов: Почему в условиях экономического кризиса и роста социальной напряженности народ продолжает поддерживать действующую власть? С чем связано падение интереса к выборам и самая низкая явка за всю историю выборов в Госдуму? Почему провалились партии демократической оппозиции? Об этом говорим с политологами Валерием Хомяковым и Галиной Шешуковой и участниками избирательной кампании в Оренбургской области.

Итак, седьмая Госдума по партийному составу ничем не будет отличаться от шестой: все те же  партии — «Единая Россия», КПРФ, ЛДПР и замыкающая уже привычную нам четверку «Справедливая Россия». Остальные 10 партий не преодолели 5% барьер, из них две партии «Гражданская платформа» и «Родина» будут представлены в новой Думе каждая одним депутатом, прошедшими   в одномандатных округах. Победу празднует партия  «Единая Россия». Она получила 343 мандата из 450, и теперь у нее конституционное большинство в Госдуме.  

В прошедшее воскресенье  прошли выборы в 39 региональных парламентов. В большинстве из них будут те же четыре парламентские партии, за небольшим исключением. В Заксобрания Санкт-Петербурга и Псковской области вошли члены «Яблока», в петербургское Заксобрание прошла и «Партия Роста».  

Выбирали 18 сентября и глав регионов. Во всех регионах победили губернаторы, которые были назначены президентом временно исполняющими. В целом кажется, что власть еще больше укрепила свои позиции. Если бы не две ложки дегтя. Во-первых, рекордно низкая явка на выборы, ставящая под сомнение легитимность новой Думы, и  во-вторых, размещенные в соцсетях многочисленные видео вбросов  за партию власти.  Насколько прошедшая кампания была честной и справедливой, если сравнивать ее с выборами 2011 года?

 

Валерий Хомяков: Она, конечно, была более честная. И тому способствовало одно обстоятельство. В Кремле, после известных событий 11-12 годов, когда была поставлена под сомнение легитимность бывшей, шестой Думы, видимо посчитали, об этом говорил и Владимир Путин в

СМИ, и Вячеслав Володин, что главное для них, Кремля и Старой площади – это получение абсолютно легитимной Госдумы, чтобы никто не сомневался, что она рождена в соответствии с законом. Понятно, что за этим желанием Кремля и Старой площади лежало одно беспокойство, которое в общем-то достаточно регулярно проявлялось. Это сомнение в легитимности российской власти в целом, в том числе и президентской.

 

Олег Наумов: Для того, чтобы обеспечить легитимность,  власть приложила определенные усилия к тому, чтобы сделать выборы максимально прозрачными и честными. Между тем довольно значительная часть наших граждан продолжает пребывать в уверенности, что «они там все давно решили без нас, и никакого смысла ходить на эти выборы нет». В результате, приняли участие в голосовании около 48%  избирателей.

 

Галина Шешукова: Низкая явка наблюдается по стране в целом. Менее половины избирателей пришли в России на избирательные участки, явка снизилась и по Оренбургской области. Если в 2011 году у нас был 51%, то сейчас 42%, то есть на 9% уровень явки снизился. Это свидетельство того, что уровень протестных настроений резко снизился. Причем мы замеряли уровень протестных настроений по области и обратили внимание, что существует такое парадоксальное явление: на фоне роста бедности, которые по самооценке фиксируются фактически по всем территориям области, идет снижение уровня протестных настроений.

 

Валерий Хомяков: Низкая явка действительно, причем цифры очень разнятся, что вызывает сомнение. Взять ту же Кемеровскую, или Тюменскую область, Чечню – там за 70-80%. Или взять такие субъекты Федерации, как Москва, Московская область, Петербург – вот здесь она ниже плинтуса. Это видимо связано с тем, что каждый губернатор составил свою стратегию. Если, губернатор, тот же Тулеев, Кемеровская область, считает, что его слово это сигнал как голосовать, как я скажу так и будет, то сомнений в том кто из пришедших как будет голосовать – сомнений особых нет. Что касается регионов Москва, Питер, Московская область, здесь иная ситуация. Настроение в этих регионах весьма оппозиционное. Поэтому была стратегия региональная. Везде была своя специфика. Там, где протестный электорат был высок, там гасили явку. Поэтому, это вызывает сомнение опять-таки в легитимности. Такого не бывает, чтобы явка в два раза отличалась в одном регионе от другого, равно как и результаты голосования за «Единую Россию» одного региона от другого очень существенно отличаются. Поэтому задача легитимации о которой говорили, она не решена.

 

Олег Наумов: Сомнения в легитимности власти возникают в том случае, когда выявляются массовые нарушения закона в ходе проведения избирательной кампании. Выборы 2011 года признаны грязными, и это стало причиной недовольства граждан. А можно ли считать легитимной ту власть, которая была избрана относительно честно, но при очень низкой явке избирателей на участки? Оппозиционно настроенные политологи подсчитали, что при такой низкой явке партия власти реально получила поддержку только чуть больше 20% избирателей. А если, на их взгляд, убрать - нанятые "карусели", вбросы и всякий другой мухлеж - и того меньше. И вот уже высказываются сомнения в легитимности вновь избранной власти.

 

Мнения.

«Говоря о том, что выборы не были свободными, не были честными, результаты не были достоверными, вывод один — выборы не были легитимными, сформированная по их результатам Государственная дума не будет являться легитимным органом власти».

Михаил Касьянова, лидер партии Парнас.

 

Валерий Хомяков: Конечно, такие заявления будут. Отчасти они будут делаться нашими оппозиционными политиками, которые по-видимому пока пребывают в шоке от того, что они получили. Но и главное для чего легитимация была нужна Владимиру Путину – показать мировому сообществу, что вы на меня, я нормальный, у меня Дума легитимная. А там легитимность поставят под сомнение, в том числе и по поводу явки. Они уже ставят под сомнение наличие избирателей в Крыму, который Запад не признает, как часть российской территории.

 

Олег Наумов: Между тем, Президент России Владимир Путин  итогами выборов остался доволен, а высокий процент голосов, отданных за ЕР, назвал авансом, который нужно заработать.

 

Мнения. 

«В условиях вот этих самых сложностей, большого количества неопределенностей, рисков, люди, безусловно, выбирают так называемую стабильность и доверяют ведущей политической силе, доверяют правительству, которое опирается на «Единую Россию» в парламенте, доверяют тому, что все мы будем действовать профессионально и в интересах граждан».

Владимир Путин, президент РФ.

 

Олег Наумов: Успеху «Единой России» способствовала патриотическая повестка, позиционирование ее как партии президента Владимира Путина, считает секретарь генсовета "ЕР" Сергей Неверов. При этом  оппоненты Кремля считают, что успех «Единой России» состоялся только потому, что это партия власти, монопольно владеющая всем политическим полем.

 

Сергей Катасонов, депутат Госдумы:  Результат ЕР не соответствует действительности. Реальный результат – это вокруг 30-ти. Все остальное – это административный ресурс. Он сложился из двух составляющих: первое – это откровенная фальсификация, это переписывание протоколов, это карусели и пр.  и вторая часть – это реальные голоса людей, которые проголосовали не за совесть, а за страх.

 

Валерий Хомяков: Люди боятся, как бы хуже не стало. Это всегда срабатывает, плюс отсутствие реальной альтернативы. Да, плохо, плоховатеньно живем. Но пока еще терпимо, пусть будут они, мы хоть их знаем. О каких успехах говорил Владимир Владимирович, не знаю, какие успехи, где они? У нас что, инфляция снизилась, появились новые предприятия, у нас снизилась безработица и появились новые заводы. Таких успехов нет. У нас что, село встало с колен? Разумеется, одно из любопытных явлений, чего нет ни в одной стране: чем хуже люди живут, чем тем больше они голосуют за партию власти. Что-то мне напоминает советское время, когда нерушимый блок коммунистов и беспартийных всегда получал свои 99,5%. В том числе и на выборах 85-го года. Потом пришел 89-й и вся эта система рухнула.

 

Олег Наумов: Перед выборами демократы были настроены пессимистически, и в большинстве не собирались участвовать в голосовании. Может, поэтому кампания демократической оппозиции оказалась такой вялой и неяркой, а результат предрешенным?

 

Николай Травкин: Не было огонька в глазах, в душе, не было надежды у самой оппозиции, что она может победить. Она как бы отыгрывала этот номер: нужно участвовать, нужно делать вид что боремся, ну будем делать этот вид. Внутри понимали, что шансов нет никаких. Вот отсюда она и бесцветная. Можно спросить еще: а могла эта оппозиция зажечь? Не могла. Потому что по качеству она не способна зажечь большое количество людей. По качеству отдельных лидеров оппозиции. Поэтому ей и не верят, поэтому и не идут, поэтому и явка такая, упаднические настроения.

 

Олег Наумов: При очевидном провале  «Яблока» и Парнаса на выборах, для многих в демократически настроенной части общества вовсе не очевидно, что результат этих партий  отражает  настроения в обществе.

 

Валерий Хомяков: Говорить о том, что это действительно отражение тех реалий общественных настроений в целом по России я бы не решился. По крайней мере из моих знакомых я не знаю никого, кто бы проголосовал за «Единую Россию», а знаю тех, кто проголосовал за Яблоко за Парнас, за коммунистов. Это и есть сомнение в легитимности. Владимир Путин сказал, в штабе «Единой России» во время подсчета голосов, что ваше голосование, которое мы получили, победа «Единой России» - это полное отражение тех общественных настроений, которые сегодня существуют в обществе. Неправда. Не совсем это так, и я подвергаю сомнению это утверждение. Я думаю, все в значительной степени отличаются и те, кто голосовал за «Единую Россию» они голосовали отнюдь не из-за любви. А только из-за того, как бы хуже не стало.

 

Ирина Левина, журналист: Очень грустно, что в Оренбургской области демократические силы не набрали большого количества голосов, как например, в столицах, в Москве, в частности, но мне кажется, во многом виноваты сами демократические партии. Потенциальный электорат у них был, но  как-то мы их совсем не видели. Уж какими-то совсем невнятными остались лозунги того же «Яблока» в Оренбургской области. Что хотела донести эта партия нам, мне, например, осталось непонятным.

 

Олег Наумов: Некоторые политологи считают, что теперь эта оппозиция – Яблоко и Парнас  - должны уйти. Не объединиться, не переформатироваться, а просто исчезнуть с политической сцены. С первых ролей должны уйти и лидеры, и герои политики времён 90-х. Новые времена требуют и новых политических взглядов, и новых политических решений, и новых политических лидеров.  

 

Валерий Хомяков: У меня очень схожее настроение по этим результатам. Наверное, действительно, проиграл - уходи. Вот уйдет Касьянов? Не уверен. Явлинский чуть хитрее – он ушел. Он формально не является руководителем Яблока, там Эмилия Слабунова. А вот у Касьянова по-видимому не получится. И вот такие собаки на сене, не хочу никого обижать, они на самом деле блокируют появление свежих лиц. Тот же Вячеслав Мальцев. Мне показалось, что был бы любопытный проект если бы, допустим состоялся альянс Мальцева и Алексея Навального, который пока не может участвовать в выборах в силу наличия судебного решения. И вот этот проект он мог бы быть неким свежачком, который мог бы заинтересовать избирателя. Уйдут они? Не думаю, слишком сладка вот эта работа в том числе и в оппозиции. Роль гонимого такого жертвенника. Надо провести работу над ошибками. А к этому наша оппозиция не готова. Признавать свои ошибки и критиковать власть – это очень разная работа. Есть пример, когда в 2003 году СПС проиграл выборы и Борис Немцов, тогдашний председатель СПС ушел в отставку. Это был мужской поступок. Способен ли Касьянов на мужской поступок. Не думаю.

 

Сергей Катасонов: Трудно говорить сейчас о новой партии, потому что административный ресурс вытаптывает всех людей, которые мало-мальски имеют оппозиционные взгляды, когда все поле вытоптано, появиться новому лидеру физически сложно. Они изначально, когда появляются, идут по пути наименьшего сопротивления и прислоняются к власти. Поэтому нет сегодня в Оренбургской области человека, способного повести за собой. Плюс, для того, чтобы он был достаточно самостоятельным и проводил свою политику отдельно от партии власти, это должен быть независимый человек, в том числе финансово.

 

Олег Наумов: В целом на выборах реализован сценарий, разработанный задолго политтехнологами Кремля – оставить Думу в том же аморфном состоянии, при монополии «Единой России» и трех подконтрольных фракциях.  Лидеры этих партий, с одной стороны, заявляют о многочисленных нарушениях, а с другой – с результатами безоговорочно соглашаются. Может, потому, что в Думу все-таки попали?

 

Мнения.

 

«Мы выборы, естественно, признаем и оцениваем положительно».

Владимир Жириновский, лидер ЛДПР.

 

 «Я считаю, что выборы в Госдуму седьмого созыва состоялись. На сегодняшний момент у партии «Справедливая Россия» нет оснований подвергать сомнению результаты в целом»

Сергей Миронов, лидер партии «Справедливая Россия»

 

Владимир Фролов,  руководитель регионального отделения «СР»:

Разделить не могу позицию Миронова, которую он вчера заявил в СМИ, что нынешние выборы являются чище, чем предыдущие. Ничего подобного. Они являются грязнее, они являются отвратительнее, они содержат прямой умысел нынешней власти захватить и незаконно удерживать нынешнюю власть. Говорю жестко, так, как мне говорят люди, так, как я лично сам оцениваю эти выборы. Такого административного давления на людей  не было давно. Мы не признаем результаты этих выборов.

 

Олег Наумов: Для партии «Справедливая Россия», несмотря на то, что в Думу она прошла, эту кампанию вряд ли можно назвать удачной.  Эсэры набрали чуть больше 6%, тогда как  на выборах 2011 года у них было в два раза больше В чем причина такого падения?

 

Валерий Хомяков: Если говорить о «Справедливой России» тут тоже одно обстоятельство не стоит забывать. Тогда в 2011 году мы голосовали за «Справедливую Россию» в силу ее достаточной оппозиционности. Были серьезные кандидаты Илья Пономарев, Гудковы, Оксана Дмитриева. Можно к ним по-разному относиться, но это была такая достаточно оппозиционная партия, не против президента, а в основном против правительства. Многие не верили, что Яблоко пройдет, голосовали от безысходности за партию Миронова. Тот же Навальный призывал: проголосуйте за любого, кроме «Единой России». В нынешней ситуации, когда Миронов вычистил Гудковых, Пономарева, Оксана Дмитриева тоже покинула партию, появилась вторая «Единая Россия», только с Мироновым во главе. Ну и что если я люблю Владимира Путина, что я пойду голосовать за какого-то Миронова. Поэтому, мотивация голосования в целом в значительной степени изменилась. Это главная ошибка Миронова в его выстраивании стратегии избирательной кампании.

Анна жураковская: Справедливая Россия очень давно теряет свои преференции, которые были в 2011 году. В 2011 году напомню, у них было почти 17%. 17% для оппозиционной партии, выросшей из нескольких партий – это был очень хороший успех. И то, что растеряли 10% всего за 5 лет. Я думаю, что федеральному руководству партии надо подумать и над собой, а региональному отделению, в частности Владимиру Ивановичу, стоит подумать над изменением риторики. Поэтому выборы для всех закончились бессюрпризно. То, что ЕР никого не кляла, сыграло им на руку, невзирая на кучу недостатков, которые им предъявляли. И более того, риторика, кто не работает, тот не ошибается, тоже оказалась верной.

 

Олег Наумов: На прошедших парламентских выборах половина депутатов избрана по одномандатным округам. Многие помнят, что в составе первых трех созывов Думы одномандатники были самыми независимыми депутатами, образовывали свои фракции, и по многим вопросам были настроены оппозиционно по отношению к федеральному центру. Скажется ли нынешнее возвращение одномандатников на  работе  Думы?

 

Валерий Хомяков: Этим людям не позавидуешь, в отличие от депутатов, избранных по партийным спискам, у них зона ответственности, она с одной стороны, более конкретна, а с другой – значительно выше. Поэтому хотелось бы, чтобы из этих людей сложился бы некий пул, который поставил бы вопрос в том числе и о бюджетном федерализме. Хватит федеральному центру отдавать 70% налогов. 50 хватит. Хватит кормить, а потом ходить по Москве с протянутой рукой, дайте трансфертов на социальные программы. Поставят эти депутаты такие вопросы принципиальные о федерализме и восстановлении его в соответствии с Конституцией? Хотелось бы…….

 

Галина Шешукова: Я полагаю, что одномандатники, они более независимые депутаты, в том числе и от руководства партии, чем те которые избирались  по партийным спискам. Почему? Потому что за ними стоят голоса избирателей в одномандатных округах, они прошли очень серьезную политическую кампанию, конкурентную. Это может закончиться тем, что начнутся определенные разборки внутри партии ЕР между одномандатниками и списочниками, причем у одномандатников будут более твердые позиции, чем у списочников. И если одномандатники будут создавать подковерные объединения в решении тех или иных вопросов, то шансов у них будет больше. Такая конкурентная борьба внутри фракции ЕР, она будет обязательно. Это следствие этих выборов.

 

Олег Наумов: Перед выборами некоторая часть общества еще лелеяла надежду, что есть возможность изменить ситуацию в стране, избрать в Думу некоторое количество депутатов, представляющих оппозицию. Сделать Думу местом для дискуссий, отрыто обсуждать выход страны из экономического кризиса, замахнуться на конкретные преобразования в политической сфере. Это были иллюзии, и теперь они разрушены. По мнению известного экономиста  Андрея Мовчана причина в том, что есть партия, которая реально контролирует ситуацию. В регионе, в стране. В целом в экономике. В политике. Хорошо или плохо контролирует — не очень хорошо. Если вы послушаете, что люди говорят, многим не нравится. Есть ли альтернатива  — нет. Все остальные ничего не могут сделать. «Единая Россия» отвечает на страхи людей. Вообще повестка, построенная на страхе, она очень прочная. Люди боятся хаоса, боятся разрушения, внешних угроз, люди боятся друг друга в стране. «Единая Россия» предлагает некоторую конструкцию, при которой можно жить плохо, но стабильно. Однако, очевидно, что конструкция, построенная на страхе, порочна, и самое главное неэффективна. Это система выживания, развитие страны при ней невозможно.

 

ОРЕН-ТВ

24 сентября 2016г.