Заказ звонка
* Представьтесь:
* Ваш телефон:
Сообщение:
* - поля, обязательные для заполнения
Заказать звонок
Курс валют
Курс валют предоставлен сайтом kursvalut.com
Счетчик

Новости

 


Итоги 70 сессии Генассамблеи ООН и встречи между президентами США и России. Война с ИГИЛ. Руководители Коми оказались преступной группировкой. Программа «Диалог с Олегом Наумовым» телеканала ОРЕН-ТВ.
опубликовано: 03-10-2015

Олег Наумов:   Военно-воздушные силы России бомбят территорию Сирии. К чему это приведет? Итоги 70 сессии Генассамблеи ООН и встречи между президентами США и России  - будет ли создана широкая антитеррористическая коалиция? Руководство республики Коми объявлено преступной группировкой. Что это, начало системной борьбы с коррупцией или очередные внутриклановые разборки? Сегодня в «Диалоге» участвуют  независимый политолог  Дмитрий Орешкин, профессор Высшей школы экономики  Юлий Нисневич, социолог Галина Шешукова.

В Нью-Йорке проходит юбилейная 70 сессия ООН. Впервые за десять лет в ней участвовал и выступил с речью президент России Владимир Путин. Состоялась и первая за два года встреча его с президентом США. Эти события подавались как знак возвращения России в большую политику. В ответ от Президента Путина ждали смягчения позиции по Сирии и Украине. Перед ним стояла непростая задача: показать незыблемость российского подхода и оставить возможность для сотрудничества с Западом. Удалось ли это президенту России, убедил ли он мировых лидеров в своей искренности?

 

Дмитрий Орешкин, политолог: Мне кажется, что Владимир Путин выступил не так сильно, как обычно. Это и в стилистике было: он говорил по бумажке, как генеральные секретари ЦК КПСС, несколько устал, такое ощущение. Но самое главное, что не было фирменной путинской клюковки, ягодки. Он всегда любил сказать что-то неожиданное, спровоцировать какую-то дискуссию, кого-то зацепить, добавить какое-то остренькое, солененькое словцо. Вот всего этого не было. Получилось так, что он говорил то, что все ожидали.   В этом смысле, выступление было довольно солидным, на четверку, но без блеска, я бы сказал так.


Олег Наумов:   Первая полноценная за два года встреча Владимира Путина и Барака Обамы продлилась дольше запланированного — вместо часа первые лица проговорили около полутора часов. Начиналась беседа необычно для такого рода мероприятий: главы государств пожали друг другу руки, но на камеры не произнесли ни одного слова. Разговор шел  за закрытыми дверями. На пресс-конференции по итогам встречи Путин назвал ее «очень полезной и откровенной».  Станет ли эта встреча Путина с Обамой переломным моментом в налаживании отношений с США?

 

Дмитрий Орешкин, политолог:  Любая беседа лучше чем отсутствие беседы. Поскольку ситуация на грани истерики, переговоры идут на пользу, но я понимаю, они расстались в ничью. А в ничьей в данной ситуации выигрывают Соединенные Штаты, потому что в принципе у них ресурсов больше, и у них довольно понятная стратегия, ошибочная или неошибочная, но она есть, а тактический ход был Путина был вмешаться в эту ситуацию и заставить с собой считаться. Ну, ему вежливо дали понять, что считаться с ним особенно всерьез никто не собирается, и в этом смысле они так бы расстались вничью, нельзя сказать кто кого одолел, но эта ничья скорее в пользу США.

 

Юлий Нисневич, профессор ВШЭ: Что мы видим? Да некий диалог появился, безусловно. Очень важно, что наладили линию связи министерства обороны, но ее задача, чтобы наши вооруженные контингенты не столкнулись в Сирии. Это очень серьезно, важно, но это не сотрудничество, а попытка избежать взаимных столкновений. Это есть. но то, что появилась идея о том, что Асад должен уходить не мгновенно, а через переходный режим, она давно звучала, и правильно, что Россия может сыграть в этом роль, потому что она имеет влияние на Асада, причем, какого свойства, практически весь режим Асада держится на российском вооружении. Давайте называть вещи своими именами. Сегодня объективно Асад уже не президент Сирии, большая часть территории находится под контролем ИГИЛа, курдских формирований, оппозиционных формирований, Асад никогда не будет президентом Сирии как единого государства, это надо четко понимать.

 

Олег Наумов:     На сессии Генеральной Ассамблеи ООН наш президент говорил о необходимости объединиться  и помочь Сирии в борьбе с терроризмом. Удастся ли в итоге создать широкую антитеррористическую коалицию с участием в ней исламских государств?

 

Юлий Нисневич, профессор ВШЭ:  Если говорить про широкую коалицию, то она существует, только без России. Россию туда приглашали, Россия не входит. Если вы обратите внимание, на полях ООН проходила конференция, в ней участвовали около 100 стран. Россию пригласили, Россия не пришла. Вторая проблема в том, что большинство стран, которые входят в коалицию, они, мягко говоря, не готовы сотрудничать с Асадом. Они готовы не требовать немедленной отставки, а переходного режима, но как партнера для переговоров с точки зрения будущего Сирии, он не устраивает. Обама просто назвал его тираном, а Олланд – палачом.

 

Олег Наумов:    Свои выступления на сессии генассамблеи ООН и Владимир Путин, и Барак Обама  построили на одних и тех же опорных точках: оба говорили о необходимости прекращения военных действий в Украине, о борьбе с международным терроризмом на Ближнем Востоке.  Где же главная точка расхождения президентов США и России?


Юлий Нисневич, профессор ВШЭ: Вот в этих двух выступлениях прозвучало основное расхождение, глобальное расхождение, при котором диалог возможен, а договор невозможен. Смотрите, они прошли по одинаковым точкам: создание ООН, Украина, Сирия. Только позиции ценностные диаметрально противоположны. Обама говорит, что после ВМВ создавался ООН и человечество выработало некую ценностную основу для взаимодействия – это человек, его права и свободы. Что говорит нам президент Путин? Он говорит, что вообще-то после ВМВ создалась Ялтинская система МО, создались границы и т.д. Почувствуйте разницу: с одной стороны, есть ценностное основание, которое мы называем сегодня: человек, его права и свободы, а с другой стороны, есть ценностное основание, которое давно известно : Все для государства, ничего против государства, ничего кроме государства.  Вот тут фундаментальное ценностное расхождение. Ну, если говорить о Сирии, то конечно ключевая проблема – это Асад. Причем наш президент меня сильно удивил, когда он заявил, что Асад – легитимный правитель. Я прошу прощения, но в Сирии с 66-го года существует династическая диктатура семейства Асадов, и отец пришел к власти в результате военного переворота. После этого и он и его сын приходили к власти в результате референдумов, только в 11 –м году, когда уже началась гражданская война, были сымитированы выборы. О какой легитимности говорит президент Путин, я не понимаю.


Дмитрий Орешкин, политолог: Главная точка расхождения в том, что Путин понимает те же минские соглашения принципиально иначе, чем Обама – это одна точка расхождения, а вторая, то что Путин хочет вынуть из общественного сознания в России не очень удачную историю с Украиной, не очень удачную по понятным причинам. Два года назад он хотел всю Украину пригласить в Евразийский союз, всю целиком, через два года большая часть Украины как никогда далека от России, как никогда развернута в сторону Запада и НАТО. Плюс к этому кончился проект пафосной Новороссии, который Путин готовил полтора года назад, и теперь оттуда надо выходить, с тем, чтобы за разбитую посуду заставить платить Порошенко.  В результате, Донбасс попадает между двумя странами в статусе непризнанной территории, что в общем, довольно легко прогнозировалось. Обама хладнокровно возвращает Путина к Минским договоренностям, где к России минимум 3 претензии. Во-первых, не прекращена силовая поддержка сепаратистов в Донбассе. Во-вторых, не допущены украинские военнослужащие для контроля границы украинской. В третьих, проводятся несогласованные с Киевом и не по киевским законам выборы, что не предусмотрено «Минском-2». Естественно, Путин обвиняет украинскую сторону в невыполнении, но дело не в этом, не в том, то прав, кто виноват, дело в том, что сама по себе эта тематика сейчас для Путина не выигрышная. Потому что победная риторика кончилась, остается скучная повседневная жизнь, и в этой скучной повседневной жизни оказывается, что надо каждый месяц платить 35 миллионов долларов на пенсии жителям Донбасса. За эту разбитую в хлам территорию надо платить из российского бюджета, два с половиной миллиона беженцев, без инфраструктуры, без каких-то перспектив, поэтому сейчас вполне логично со стороны Путина неизбежная попытка впихнуть это все добро за шиворот Порошенко, чему он уже никак не рад.  

 

Олег Наумов:  Генера?льная Ассамбле?я ООН учреждена в 1945 году, сразу после окончания второй мировой войны.  Это главный совещательный, директивный и представительный орган Организации Объединённых Наций. Ассамблея состоит из 193 государств - членов и служит главной площадкой для обсуждения огромного спектра международных вопросов. Поможет ли нынешняя юбилейная сессия в решении накопившихся проблем? 

 

Дмитрий Орешкин, политолог: Я думаю, что если бы этой сессии не было, то было бы хуже, в то же время обольщаться нет никаких оснований. Но такие учреждения как ООН, они ведь не гарантируют оптимальных решений. Единственное, что они гарантируют, это более или менее успешное нивелирование крайне негативных решений. То есть задача любой такой бюрократической демократической структуры, не в том, чтобы сделать рай на земле, а в том, чтобы не допустить ада. Чтобы не удалось развязать какую-то серьезную конфликтную ситуацию, в которую втянулись с двух сторон вооруженные силы Запада и России, но ожидать, что теперь расцветут сто цветов, вряд ли.

 

Олег Наумов:    Сессия Генассамблеи ООН еще не закончилась, а события по самой обсуждаемой теме приняли новый поворот: Президент Сирии Башар Асад в очередной раз обратился к России с просьбой об оказании военной помощи. 30 сентябряСовет Федерации дал согласие на использование российских вооружённых сил за рубежом. И в этот же день наши ВВС нанесли первый удар в Сирии. Это решение руководства страны не могло не вызвать  в обществе бурного обсуждения, причем оценки звучат самые разные: одни говорят, что это будет еще один Афганистан, другие уверяют в  необходимости помощи Асаду в борьбе с террористами.

 

Цитаты из СМИ:

Леонид Исаев, политолог: «Российское решение об участии в военной операции в Сирии создает опасность потенциального увязания России в сирийском болоте».

Антон Орех, журналист: «Теперь Россия стала стороной конфликта, стала открытым врагом Исламского Государства, которое сейчас имеют все основания наносить по нам ответные удары».

Всеволод Чаплин,  официальный представитель РПЦ:  «Это решение соответствует международному праву, менталитету нашего народа и той особой роли, которую наша страна всегда играла на Ближнем Востоке».

 

Юлий Нисневич, профессор ВШЭ: На самом деле  то, что произошло, довольно ожидаемо, потому что как бы все предыдущие события они вели к тому, что  Россия втянется все-таки в вооруженный конфликт в Сирии. Хотя есть заверения о том, что мы там  никакие наземные операции проводить не будем, что только  авиация и т.д.  Надо понимать, что при военных действиях,  извините, гибнут не только  на земле, но и  в воздухе.  Я  боюсь, что мы ввязались в очень длинную и довольно тяжелую компанию. Мы фактически, я  имею в виду Россия, взяли одну из сторон не только внутри сирийского конфликта, вообще очень серьезные проблемы противостояния шиитов и суннитов. Еще вчера, кстати, я обратил внимание,  что прозвучало такое аккуратное предупреждение со стороны Керри  насчет того, что теперь Путин может стать объектом суннитских экстремистов.  Вот это реальный факт. Он нам  может нравиться или не нравиться, но это  очень серьезная опасность,  которой мы сегодня подвергаем и наших военных, которые  конечно туда были отправлены, неважно,  в виде инструкторов, ли. Ну а обращение Асада – оно было ожидаемо.  Все к этому шло,  обратите внимание, Путин в своей речи сделал такое заявление, что если Асад обратится, то мы будем ему помогать. То есть это, как говорится, по плану пошло. К сожалению.

 

Олег Наумов:  Одним из самых громких событий в самой России стал арест главы Республики Коми Вячеслава Гайзера и ряда высокопоставленных чиновников, которых обвинили в организации преступного сообщества. Ровно два года назад Вячеслав Гайзер выиграл выборы главы республики с  результатом  почти 79%, был членом Высшего совета партии «Единая Россия», входит в десятку лучших глав региона. И вдруг такой финал. Что это,  реальное наступление на коррупцию или внутриклановые разборки?  

 

Дмитрий Орешкин, политолог: Я думаю, как всегда, в случае с Гайзером,  у нас есть и клановые интересы, и интересы в плане борьбы с коррупцией. Новость сюжета заключается только в том, что СК и ФСБ избрали такую жесткую формулировку. Преступная группировка.  Хотя губернатор вряд ли может воровать бюджетные средства, не подключая к этому своих людей. Так что факты были, но этого термина не использовали. Относительно Гайзера объявили, что это не просто преступная группировка, а еще и международная. Его только что не обвинили, что он английский шпион. По лекалам 37-го года. Я вижу за этим несколько составляющих. Во-первых, силовикам надо показать свою значимость, в том числе и перед Путиным.  Это связано и с Украиной тоже, потому что последние полтора года  Путин в условиях такого мощного патриотического подъема волей-неволей опирался на силовиков. Он им многое обещал и они расправили крылья и думали, что они сейчас поднимутся и покажут себя в украинском конфликте. Сейчас, уперевшись в жесткую систему сопротивления, комплексную: и финансовая и политическая изоляция, и сопротивления Украины, которого не ожидали – Путин вынужден отступить. И силовики в связи с этим чувствуют угрозу своим завоеваниям. Я думаю, что поэтому они такие страшные формулировки и предложили, что вот здесь враг свил гнездо, непосредственно под крылом у Кремля. Напомню, что в июне был опубликован кремлевскими аналитиками рейтинг эффективности губернаторов, и там Гайзер делит 4 и 5 места с Якушевым, губернатором Тюменской области. Так что 4 месяца назад он был эффективным менеджером, а сейчас оказался главой преступной группировки.  Помимо всего этого есть еще жесткий конфликт между Роснефтью и Лукойлом. Лукойл несколько недель назад выиграл у Роснефти тендер на разработку многообещающего месторождения на востоке Таймыра. По правилам игры, существующим в наших элитных группах, Роснефть должна дать ответку. Если она не ответит – значит, Сечин слабак и проиграл Алекперову. Сечин дал эту ответку через Коми, потому что Коми – это опорная зона интересов Лукойла. И Гайзер, конечно был связан с Лукойлом, как с той структурой, которая его подпитывает административными, финансовыми и прочими ресурсами. Так что здесь есть и стычка клановых интересов,  есть желание силовиков напомнить о себе В Путину, ну а нам это представляют как продолжение и усиление борьбы с коррупцией, хотя на самом деле ничего супернового не наблюдается.

 

Галина Шешукова, социолог: Здесь имеет место конкуренция между элитами,  причем элитами не только политическими, но и финансовыми, и промышленными и т.д. – это  вполне возможный вариант, и я думаю, он достоин обсуждения.  Ну что касается еще одного фактора- Почему именно сейчас? Почему именно сейчас такой вариант вот как преследование губернатора и всего руководства Коми  имеет место и именно такое широкое оповещение на всю страну всей этой истории. Я думаю, что снижается интерес к Украине, и необходимо все таки держать нерв общественной жизни, и вот также как в свое время событий с Сердюковым они  позволили поднять интерес власти  и к ее попыткам бороться с коррупцией. Я думаю, что это также фактор, который играет роль очень значительную.  Не случайно почти все каналы осветили это и осветили очень бурно. Не надо забывать, что нас ожидают выборы в следующем году, и сохранить рейтинг действующей власти, и президента, и «ЕР» на фоне борьбы с коррупцией, конечно, это неплохой ход политический, и в  принципе, вполне объяснимый.  Это вторая причина. Третья причина, которая объясняет, почему именно сейчас эти события стали в центре внимания, я думаю, что это связано с прошедшими выборами, с тем,  что во многих регионах избраны новые главы. И с тем, что опять-таки они должны представлять себе,  насколько опасно так или иначе отходить от установленных правил.  Причем правила это я имею ввиду не законы, которыми преследуется коррупция, а те  правила игры, которые устанавливает элита в отношениях между собой, в отношениях между собой и обществом, в отношениях между обществом и властью. Эти  правила,  они как бы сейчас отрабатываются на предстоящий политический год.  Это тоже важный момент который объяснил, почему именно сейчас и практически сразу после прошедших выборов.

 

Олег Наумов:   Громкие дела по коррупции периодически становятся предметом особого внимания и обсуждения в обществе. Только утих скандал, связанный с воровством государственных денег в Министерстве обороны, как  за крупную взятку арестовали губернатора Сахалина.  Но, как правило, все эти дела заканчивается ничем. Представитель Оборонсервиса Васильева уже на свободе, а где бывший глава Сахалина Хорошавин, задержанный еще в марте, доподлинно неизвестно. Будет ли раскрыто дело о преступной группировке в Коми или его, как и прочие дела, спустят на тормозах?

 

Галина Шешукова, социолог:  Я думаю, что ход этому делу будет дан безусловно, что мы получим еще в средствах массовой информации те или иные факты о том, что происходило, как происходило. А вот  закончится ли это осуждением и реальным сроком для всех действующих лиц - это остается  вопросом. 

 

Дмитрий Орешкин, политолог: На самом деле у любого губернатора рыльце в пушку, потому что по правилам нашей экономической действительности не можешь решать огромное количество проблем, если мягко говоря, не ходишь по лезвию ножа. Кому –то надо позволить реализовать какие-то свои интересы, кто-то кому-то должен заплатить и все губернаторы это прекрасно знают. Прекрасно знают, что в любой момент из сейфа могут достать папочку с компроматом. Просто есть какая-то красная линия, которую нельзя пересекать и которая называется «не по чину берешь».

 

Олег Наумов:  Точку зрения наших экспертов  мы услышали. Но важно, чтобы прозвучала и позиция экспертов, представляющих власть. А они   убеждены, что антикоррупционная кампания приобретает сегодня системный характер. Нас всячески пытаются убедить в том, что никакие политические интриги не имеют отношения к разоблачениям и арестам глав областей. Нам говорят, что неприкасаемых лиц становится все меньше. По утверждению журнала «Эксперт»,  «В разработке -12 губернаторов, еще 8 на карандаше. В России начинаются массовые чистки региональных элит». 

Но все эти новости блекнут перед главным событием прошедшей недели: Россия вступила в войну в Сирии. Некоторые патриоты считают,  что интересы наши великой державы должны быть защищены, что все, как один должны сплотиться вокруг руководства страны. Только они забывают, что за все это надо будет заплатить конкретными человеческими жизнями, сотнями миллиардов рублей, брошенными в топку войны. А значит,  еще большей инфляцией, ростом цен, падением уровня здравоохранения и образования. А возразить будет нечего, мы же воюем в Сирии.

 

ОРЕН-ТВ

3 октября 2015 г.