Заказ звонка
* Представьтесь:
* Ваш телефон:
Сообщение:
* - поля, обязательные для заполнения
Заказать звонок
Курс валют
Курс валют предоставлен сайтом kursvalut.com
Счетчик

Новости

 


Как влияют на экономику России запрет на ввоз продуктов питания и финансовые санкции Запада? Как решить проблему падения доходов и растущей безработицы? Какой будет инфляция к концу текущего года? Олег Наумов и депутат Госдумы Валерий Зубов в программе «Диалог» телеканала ОРЕН-ТВ.
опубликовано: 21-03-2015

Олег Наумов:   «Мы не сеем, не пашем, не строим, мы гордимся общественным строем» -эта песня впервые прозвучала в фильме «Забытая мелодия для флейты» еще в конце 80-х, на закате советской власти. Тогда казалось, что всему тому, что так талантливо высмеял Эльдар Рязанов, скоро придет конец. Однако число гордящихся, похоже, снова растет. А между тем, в разгар всеобщей гордости за присоединение Крыма,  российская экономика из стагнации  плавно переходит к падению. Большинство независимых экспертов считает, что в 2015 году ВВП сократится на 2-3%. При этом еще более худшего сценария - экономического краха и банкротства удастся избежать только в том случае, если правительство не совершит новых экономических ошибок. Из уже совершенных можно назвать введение продовольственного эмбарго в ответ на санкции против России.  В результате этого чисто политического решения выросла инфляция, поднялись цены на продукты и лекарства. Недавно пятеро депутатов Госдумы выступили с инициативой о прекращении запрета на ввоз продуктов из Европы.  Однако дискуссии не получилось. Большинство парламентариев  отвергло всякое посягательство на  продуктовое эмбарго. Словом, цены на продукты питания растут, и будут расти дальше. А правительство реагирует на это старым советским способом.К апрелю 2015 года Минпромторг планирует подготовить модель продовольственных карточек для граждан, имеющих право на получение различных субсидий.

А как, по-вашему, стала ли Россия за последний год бедной страной?

Валерий Зубов: Нет, бедной она не стала, но она много проела из того, что у нее было накоплено, и не решила очень многие задачи, которые надо было бы решить, она их отложила. Мы беднее станем в этом году.

Олег Наумов: В 15-ом?

Валерий Зубов: Да. С конца 14-го года – устойчивое падение доходов, понятно, что тренд пошел на безработицу, а если внимательно посмотреть, то накопились такие проблемы, которые и хочется сделать, а уже невозможно. Ну например, надо бы нам почистить банковскую систему, и вроде бы начали, а теперь нет ресурса. Накапливаются серьезные проблемы  в ЖКХ, резко выросла задолженность по ЖКХ, и т.д. Переломная ситуация от 14 –го к 15-му году – это переход от плоского развития к устойчивому падению.

Денис Минаков, главный редактор журнала ФЭБ: Я не могу сказать, что каждый из нас стал значительно беднее, несмотря на то, что стоимость валюты изменилась в 2 раза. Да, в каких-то вопросах мы стали тратить больше денег на необходимые продукты питания, например, или товары первой необходимости. Но могу судить по себе и по ощущениям своих знакомых, люди чуть сократили затраты. То есть, говорить о том, что резко снизился уровень за год, пока такого вывода сделать невозможно. Хотя легкие ощущения того, что жить стало тяжелее и дальше будет еще хуже, они присутствуют.

Олег Наумов:По данным соцопроса, в первые месяцы 2015 года население больше всего  стало беспокоиться по поводу роста цен (82%), бедности (43%) и безработицы (38%), кризиса в экономике (36%). Более половины опрошенных россиян  сомневаются в том, что в правительстве есть четкая программа  о том, как  справиться с ростом цен и падением доходов населения. 

Денис Минаков, главный редактор журнала ФЭБ: Есть ощущения, что такой программы не существует в природе, хотя заявления о том, что разработан комплекс антикризисных мер, что мы будем в этой сфере вести контроль, мониторинг цены на продукты питания, ограничение максимальной накрутки и т.д. Но, как говорит практика, подобные действия правительства обычно, ни к чему, с точки зрения потребителя не приводят. Цены, если им по каким-то причинам вздумалось расти, растут, повлиять на это практически нереально. Очень показательный пример - рост цен на бензин и нефтепродукты.

Олег Наумов: Сейчас  целый ряд предприятий закрывается или частично останавливает свое производство, отсюда растет безработица. Как вы считаете, в этих условиях в ближайшее время, что нас ожидает в смысле безработицы?

Валерий Зубов: В этом году увеличится на миллион, миллион для нашей страны еще не показатель. Проблема заключается в следующем, что сейчас на 100 человек, которые уходят на пенсию, в рабочий возраст вступает 40, и поэтому безработица объективно ниже. Даже если  у вас сократят 60 рабочих мест – все при своих, все вроде бы нормально. проблема то в другом, более в глубоком. Все крупные предприятия, промышленные в первую очередь, страдают от нехватки рабочей силы.  Ну как может быть качественное развитие космической отрасли, когда на заводе Хруничева зарплата 30 тыс рублей. Кто на эту зарплату будет работать? Уже в оборонной промышленности лет за 60 – средний возраст. Проблема в том, что вот эти 40% молодежи, они рассчитывают совсем на другие рабочие места, чем их родители и деды. Они не заменяемые. Вот у этих дефицит, потому что ушли старые работники,  а вот эти идут в безработные, потому что нет новых, современных для молодежи рабочих мест. В этом проблема. У нас кризис технологический, в первую очередь. Хребет нашей экономики по-прежнему составляют те 500 предприятий, которые построили в период индустриализации предвоенной, то все предприятия импортные, они строились иностранными специалистами  под наши продовольственные деньги.

Олег Наумов: Всего за один месяц Россия лишилась “инвестиционных” рейтингов сразу от двух из трех ведущих международных рейтинговых агентств. Аналогичное решение от третьего считается делом времени. Насколько это влияет на финансовое положение в стране?

Валерий Зубов: Оно потребует дополнительных усилий, когда мы будем выходить из режима санкций. Это означает одну простую вещь, что наши предприятия, фактически теперь уже даже без санкций не смогли бы занимать деньги. Не может быть рейтинг предприятия выше, чем рейтинг страны. И то, что два агентства приняли такое решение, означает, что наш рейтинг мусорный, наши облигации мусорные. Они не инвестиционные. В них нельзя вкладывать деньги пенсионного фонда, страховых фондов. Нельзя вкладывать. Теперь не только надо сделать так, чтобы санкций не было, а еще потом снова зарабатывать доверие.

Олег Наумов: В этих условиях, наверное, очень важно, чтобы хотя бы отечественные капиталы вернулись в страну. Можно ли для этого что-то сделать?

Валерий Зубов: В сегодняшней ситуации я думаю что нет, не вернется. Дело в том, что сегодня в который раз приходит ко мне на прием жена предпринимателя, которого посадили, а через месяц под следствие взяли того следователя, который вел это дело. А через два месяца – того главного следователя, который курировал это дело. Ну, вот для предпринимателя в такую среду – это риски не потери дохода, не убытки – это риск жизни. Как в эту среду возвращаться капиталу. Надо здесь менять. Надо менять всю правовую систему. Она у нас сейчас не правоохранительная, а правонаступательная. Суды, СК, прокуратура, надо понять, что они работают против российской экономики. Когда это поменяется, деньги с удовольствием сюда придут. В России выгодно еще работать. Выгодно. Здесь есть ресурсы еще, огромный потребительский рынок, Европа 350 миллионов, а мы 140 миллионов, мы огромный рынок. Здесь и рабочей силы хватает, и достаточно образованная страна. Нет-нет, у нас иностранцы хотят работать, но только в другой системе. А те люди, которые вывели капитал – это люди, которые ориентированы уже на западные стандарты, и поэтому они вернутся, когда изменятся наши стандарты.

Денис Минаков, главный редактор журнала ФЭБ: Что касается тех капиталов, которые осели на Западе, то в стране слишком многое должно поменяться, что того, чтобы они вернулись сюда и начали работать на российскую экономику. Как только будет дан четкий посыл бизнесу, что, ребята, вашему бизнесу ничего не угрожает, даже не в плане амнистии, что мы не будем выяснять их происхождения, в плане дальнейшем, что через год, через два с ними ничего не случится. Как только такой четкий посыл, четкие гарантии будут даны, мне кажется, нет никаких особых препятствий для того, чтобы хотя бы часть капитала вернулась в страну.

Олег Наумов: Мы с вами перечисляли самые разные проблемы российской экономики, но говорят, что на финансовую  систему гораздо больше влияют  сохраняющиеся финансовые санкции Запада?

Валерий Зубов: нет, я с этим не согласен. Более того, вполне вероятно, что именно финансовые санкции, они не замечаемый нами стимул. Наша проблема , деньги еще есть. Еще есть ФНБ, еще есть золотовалютные резервы ЦБ, они есть. Куда их вкладывать? Сейчас будет широко обсуждаться проблема, потому что она принимается  в правительстве, так называемая докапитализация  банков. Триллион рублей. Это самая большая сумма, выделяемая в рамках поддержки экономики. Вы дадите триллион рублей. Кому? Ну, естественно Сбербанку, ВТБ, ВЭБ. Но,…а они кому дадут деньги? Если вы будете продолжать давать деньги убыточным предприятиям, вы просто будете наращивать долг, который сначала предприятия не вернут, а потом банки не вернут в казну, нам нужны десятки миллионов рабочих мест. Вот очередной призыв Макдональдсу убираться подобру-поздорову самому. То есть мы не можем вас закрыть, но вы все равно уходите отсюда. В который раз, я и писал об этом, и сейчас повторю: Макдональдс – это российское предприятие  современного уровня. Его не выталкивать надо, а такие же создавать. Макдональдс когда пришел в Россию, 100% продукции импортировал. Потому что они держат определенный уровень качества. Сегодня произошло импортозамещение без всяких решений правительства на 85%. Уже все основные ингредиенты  вот этого бутерброда – они замещены на 85%, только соусы остались. Картошка, мясо, зерно – все отечественное. Это отечественное предприятие, не говоря о том, что 100% занятых и 160 тысяч работающих на предприятиях, которые поставляют продукцию по самому высокому мировому стандарту. Поэтому проблема не в том, что у вас мало денег, больше ли денег, дадут ли вам кредиты, но самая главная проблема – что вы будете делать с этими займами. И я бы посмотрел на вот эту финансовую санкцию Запада как на повод к тому, чтобы заняться своими активами, рабочими местами, чтобы было под что занимать.

Денис Минаков, главный редактор журнала ФЭБ: Если говорить о санкциях, то да, мы лишились каких-то, с точки зрения товаров народного потребления, ну может быть, не товаров первой необходимости, но товаров 2 и 3 необходимости, неких благ, к которым мы уже привыкли. Или эти блага стали более труднодоступными. Например, та же красная рыба, которую я ел, поскольку ее можно было купить по цене обычного мяса, она стала сегодня для меня недоступна. Но это не значит, что я испытываю какой-то жуткий дискомфорт на эту тему, находятся какие-то замены, может быть, менее полезные и менее вкусные, но, тем не менее, вполне достойны для того, что чтобы быть на моем столе.

Олег Наумов: Экономист Сергей Гуриев говорит о том, что у нас стагнация-то будет, но  до  катастрофы дело не дойдет, если власть не наделает ошибок, типа продовольственного эмбарго. Вы пытались в Думе ограничить возможность принятия подобных санкций. Что из этого вышло?

Валерий Зубов: Дело не в том, чтобы президенту разрешить или запретить. По Конституции решения, которые приводят к понижению уровня жизни населения, может приниматься только парламентом. Через федеральный закон. Президент – гарант Конституции, он не должен конкретные проблемы решать. А правительство должно решать конкретные проблемы. Ну посчитали вы или нет? Ответ – нет. И само правительство в этом призналось. Ну понадобилось полгода, когда все убедились, зайдите в магазин, посмотрите цены. Цена на нефть уже стабилизировалась несколько месяцев. На плохом для нас уровне, но стабилизировалась. Обменный курс рубля стабилизировался. Цены на продовольствие продолжают расти. …Неужели в правительстве не было такой информации, что на второй день после принятия этого постановления в Бразилии в полтора раза подняли цену на свинину, экспортируемую в Россию. Ну это же очевидно было, что так будет. Неужели правительство не понимало простую совершенно истину, что это все убытки будут российские? Вот подняла Бразилия цены на мясо, ну и что? Прокуратура не может прийти. И поэтому мы население переплатили, на 1 января 40 миллиардов рублей, и если санкции не отменить еще 100 миллиардов население переплатит.

Олег Наумов: Может потому, что это решение было политическим? То есть мы то от этого пострадаем, но Европа и другие страны, введшие против нас санкции, пострадают еще больше?

Валерий Зубов: Ну, то что в Европе – это их европейские проблемы. Меня волнует то, что в моей стране. Неужели правительство не могло понять, это как знаменитый анекдот, «зато у тещи будет одноглазый зять». Это из этого фольклора решение.

Олег Наумов: В целом за прошлый год инфляция в России составила 11,4%. К концу января она ускорилась до  15% , а к середине февраля - до 15,8%. А что будет по итогам года?

Валерий Зубов: Предсказать очень сложно. Прямо скажу вам – это задача тяжелейшая. Но предсказать трудно время, когда мы придем туда, куда мы хотим прийти. Но можно же отследить направление движения.

Олег Наумов: Тенденцию.

Валерий Зубов: Да, тенденцию. Американские нефтяные фирмы обратились к президенту с просьбой разрешить экспортировать нефть. С 73-го года в Америке существует эмбарго на экспорт нефти, если они выйдут со своей нефтью на внешний рынок, то есть вероятность, что цена упадет еще на 10 долларов. То есть твердо ниже 50, что тогда будет? Какая инфляция будет? Совсем другая. Пока вот так статистически инфляция на 20% смотрится. Но как ситуация изменится? А она может сильно измениться.                 

Олег Наумов:Сейчас популярен такой тезис: «Экономику спасет изменение политики». Если это так, то какими должны быть изменения политики?

Валерий Зубов: Да. Надо прекратить фантазии о каком-то особом пути развития. Есть один проверенный путь развития, его называют европейским. Это и американцы, это и японцы, это и корейцы. Тайвань, Сингапур. Это европейские нормы обустройства жизни. Что это в себя включает? Первое – не бояться спорить. Не бояться. Не бояться разных точек зрения, спорить. Не хвататься за грудки, а аргументировано, с цифрами доказывая, что и как. Это первое. Второе. Менять всю систему организации правоохранительной системы. Но она не сменится, если вы не поменяете систему организации выборов, здесь надо допустить конкуренцию, безусловно. Откуда же у вас появятся новые люди, с новыми идеями. Как бороться с коррупцией? Только один способ, угрозой, что вы потеряете место, на ваше место сядет другой  поднимет все,  что вы делали. Только этим вы можете победить коррупцию. Вне политической конкуренции коррупция неистребима. Поэтому надо поменять институты. Кого и чего мы боимся? Вот если мы это все поменяем политически, тогда экономика будет защищена.

Олег Наумов:   Хороший вопрос: кого и чего мы боимся? Но ведь еще Высоцкий пел, что «настоящих буйных мало, вот и нету вожаков».  А в условиях, когда они, эти буйные и претендующие на роль вожаков, могут быть  в любой момент посажены за решетку или просто физически уничтожены, вопрос о том, кого и чего мы боимся, перестает быть риторическим. Конечно, власти страны пытаются решать проблемы экономики. Президент Владимир Путин постоянно напоминает о неукоснительном выполнении антикризисного плана, в частности сокращения большинства категорий госрасходов на 10 %. В Москве проводится масштабное сокращение количества чиновников. И если бы источники проблем были чисто экономические, скажем падение цен на нефть, возможно, мер антикризисного плана было бы достаточно. Но поскольку источники проблем у нас скорее политические, то и решать их соответствующим образом:  налаживать отношения с соседями, развивать  конкуренцию, защищать права собственности, ограничивать полномочия силовых структур, бороться с коррупцией. А это посложнее будет, чем просто взять и урезать чиновникам зарплату на 10%. Тем более, что при своих доходах они этого даже не почувствуют.

21 марта 2015 г.

 

ОРЕН-ТВ.