Заказ звонка
* Представьтесь:
* Ваш телефон:
Сообщение:
* - поля, обязательные для заполнения
Заказать звонок
Курс валют
Курс валют предоставлен сайтом kursvalut.com
Счетчик

Новости

 


30 ноября на шествия и митинги выйдут врачи в нескольких крупных городах России, в том числе и в Москве. Что заставляет их выходить на улицу? Олег Наумов и координатор общественного движения «Вместе – за достойную медицину» Алла Фролова в программе «Диалог» телеканала ОРЕН-ТВ.
опубликовано: 29-11-2014

Олег Наумов:  Для того чтобы выполнить майские указы президента и обеспечить качественное и доступное оказание медицинской помощи населению, повысить зарплату врачам, несколько лет назад в стране была затеяна реформа здравоохранения. Но оказалось, что благими намерениями вымощена дорога  в ад. На прошлой неделе на нашем канале вышел сюжет как раз об эффективности и доступности медицинских услуг.  Пенсионеру из села Нижнеозерное Илекского района вдруг стало плохо. Родственники вызвали скорую помощь, но так  ее и не дождались. Они вынуждены были на своей машине везти больного сначала в районную больницу, а потом в и областную. Время, которое так дорого для оказания помощи при инсульте, было упущено. И это только один из примеров реформы в действии.

Почему же реорганизация здравоохранения дает результат, обратный желаемому? Дело в том, что региональные власти хорошо понимают: майские указы президента нужно выполнять,во что бы то ни стало. А денег на это в бюджете нет. Что же делать губернаторам? Подумали и решили: надо  старые и ветхие, в том числе и сельские больницы закрыть, а лишних врачей уволить. Так проще и экономнее. Все бы хорошо, но почему-то медики выходят на митинги протеста, и большинство граждан их поддерживает. Что заставило московских медиков выйти на улицу?

 

Алла Фролова: Протестные движения медиков начались не в Москве. Они начались еще 2 года назад в Ижевске, когда ижевские педиатры объявили итальянскую забастовку. Дело в том, что у нас по законодательству врачи не имеют права бастовать. Это запрещено законом. Это стратегическая профессия, которая, кстати, совсем не ценится властями по оплате. Далее были протесты в разных городах. В Москве не первый день и не первый год продолжается реформа в том виде, в котором она есть. А вот сейчас, в октябре, в интернет попал вот этот документ о пресловутых 28 больницах. И там люди вдруг увидели, что все больницы практически в центре города вся земля будет высвобождена под коммерцию, по этим спискам получается 7 тысяч медицинского персонала лишится работы, естественно, люди возмутились. Понимаете, хотим мы или не хотим, но медицина касается всех. Мы все когда-то болеем, у нас болеют родственники и друзья. Насколько я знаю, сколько я была в больницах - люди лежат в коридорах. А мы еще сократим 30 тысяч коек. Значит падает самое основное – это доступность.

 

Олег Наумов: Большинство россиян поддерживают митингующих врачей, считают, что реформа не продумана, и она только углубляет проблемы здравоохранения. По данным соцопроса, 63% респондентов уверены, что укрупнение больниц не повысит качество здравоохранения.

 

Александр Криволапов, первый заместитель министра здравоохранения Оренбургской области: Если говорить о том, что происходит сегодня у нас в здравоохранении области, то прежде всего ведется работа по централизации ряда служб. Через это чего мы добиваемся? Прежде всего, выстраивается вертикаль управления в этих службах. Во-вторых, мы добиваемся повышения преемственности в работе этих служб, и как результат повышение оперативности и повышение ответственности за конечный результат. На этом фоне, конечно, есть экономическая составляющая. Это снижение расходов на управление.

 

Олег Наумов: По поводу сокращения якобы неэффективных медицинских учреждений появился даже термин такой: «неэффективные койки». Что он означает?

 

Алла Фролова: Каждая койка стоит определенных денег. Эти деньги идут из бюджета московского правительства. Неэффективная койка – это слова московского правительства. Эффективность они оценивают только лежанием. Не здоровьем, сколько вылечили, а сколько человек лежит. Чтобы койку сделать неэффективной – это делается элементарно. Больницу нельзя просто так закрыть. Сначала поступает приказ туда не госпитализировать. Скорая помощь не везет, но люди лежат. Но людей выписывают. Они вылечиваются, кто-то уходит, койка простаивает. Новых не везут, койка стоит. Через две недели приходит комиссия, предположим с департамента здравоохранения и говорит, ребята, что ж у вас столько коек пустых? Значит, они лишние. И их сокращают. Неэффективная – та, которая пустует. А это сделать искусственно очень легко, я знаю, как люди с воспалением легких лежат в коридоре.

 

Александр Криволапов, первый заместитель министра здравоохранения Оренбургской области: На начало года было 68 участковых больниц, сегодня их работает 11. С учетом того, что наша область почти половина населения проживает в сельских населенных пунктах, и с учетом того, что есть отдаленность определенная, вот эти 11 участковых больниц были сохранены и они будут продолжать работать как филиалы ЦРБ. Если говорить о ФАПах, то на сегодняшний день около 50 ФАПов было все-таки закрыто. По статистике. А на деле эти 50 ФАПов не работали в среднем 5-7 лет. Там не было медицинского работника, здания ветшали и просто это констатация факта. Но с целью обеспечения доступности медицинской помощи мы организовали программу мобильные ФАПы. Сегодня, уже начиная с августа  эта программа заработала и задача ставится – каждый населенный пункт не менее двух раз в неделю должен посещаться медработниками фельдшерами и врачебным персоналом.

 

Олег Наумов: Сейчас для того, чтобы получить некоторые виды обследований, например, УЗИ или МРТ, нужно ожидать своей очереди несколько недель, тогда как платно это можно сделать в течение дня. Почему нас выталкивают в платную медицину?

 

Алла Фролова: Аппаратура купленная, она новая, современная, она требует определенных условий. Не получится в старой поликлинике   просто так взял, занес, в любой кабинет поставил. Ничего подобного. На этой аппаратуре нужно чтобы люди работали. Эта помощь высокотехнологичная, что ИКТ, что МРТ, положена по медицинскому полису. Но так как расценки у нас в страховом бизнесе занижены, а процедура не из дешевых, то здесь тоже  экономия.  И тут два варианта. Действительно, очередь стоит, но попробуйте просто в очередь вы не попадете, потому что терапевт вам десять раз скажет, что это невозможно, это не получится. На этом экономятся деньги страховой компании, а если взять коммерческую цену частной медицины, то это порядка от четырех тысяч до восемнадцати. Но это опять становится опасно для нашего здоровья. Нас вынуждают. Мы болеем, выбора у людей нет. Им приходится идти и платить эти деньги. При этом в Москве сейчас практикуется самое удивительное. Два окошка – ну это образно. Когда в поликлинике вы в одно окошко подойдете по ОМС, и вас запишут к терапевту на 2 дня вперед, а рядом окошко, если вы заплатите деньги, вас может быть этот же терапевт примет через 15 минут. И самое страшное, что московская власть использует государственные территории, здания и аппаратуру ради коммерческой медицины, а это по мне называется нецелевым использованием бюджетных денег.

 

Олег Наумов: Власти Москвы  заявляют о том, что в Москве слишком много  врачей и готовятся к сокращению непосредственно медицинского персонала. Не только больниц, но и медицинского персонала. Насколько это справедливо?

 

Алла Фролова: Насколько мне известно, в поликлиническом звене врачей не хватает, московские власти заявляют все это не аргументированно. Департамент здравоохранения Москвы – самая закрытая организация. То есть проходит спецоперация. Вот они вдруг решили, что у нас много. А много кого? Нигде никакой ни анализ, ни расчет не представлен, я не верю московским властям, все это не так, по той информации, которую мы собираем, с самых низов, то есть люди пишут, такая-то поликлиника, в таком-то районе сокращается такая-то специализация, столько-то людей увольняют. Не сходится никак.

 

Олег Наумов: Так может, они говорят о том, что много ставок. А врач, чтобы прожить, работает на несколько ставок, в разных местах даже может быть. И реальная картина такая, что врачей на самом деле не хватает.

 

Алла Фролова: Врач, работающий на две ставки, опасен для нашего здоровья. Врач не робот, врач не машина, врач просто устает. И его усталость и его ошибка очень могут дорого сказаться на здоровье пациента.

Конечно, врачи подрабатывают. Даже может быть врач утром работает в поликлинике, а вечером в какой-нибудь частной фирме. Есть такое. Потому что прожить надо. Но это уже издержки московских властей, которые платят не те зарплаты, которые заявляют. Одна из целей реформы – высвобождение вот этих ставок для того, чтобы повысить зарплату людям, тем, которые останутся за счет сокращения других, чтобы выполнить майские указы президента.

 

Александр Криволапов, первый заместитель министра здравоохранения Оренбургской области: На сегодняшний день у нас есть определенные перекосы в оказании медпомощи в сторону увеличения стационарной составляющей. И в стационарной составляющей есть определенный профицит кадров. При том, что у нас огромный дефицит кадров, в том числе и врачебных, в амбулаторно-поликлиническом звене. В том звене, где накапливается особое отношение к медицине, недовольство населения в плане очередей и невозможности получить своевременно медицинскую помощь. Но на сегодняшний день у нас нет ни одного лишнего врача в области. У нас огромный дефицит кадров в сельской местности. Не зря же мы продолжаем работу по программе «Земский доктор». Уже 280 с лишним специалистов переехали по этой программе работать в сельскую местность.

В последние годы бюджет растет, и растет достаточно прилично на развитие здравоохранения. На следующий год у нас запланировано 17,5 миллиардов в бюджете Оренбургской области по сравнению с 2014 годом, то мы в 15-м году будем иметь на 15% больше бюджет, чем в предыдущем.

 

Олег Наумов: Да, вот у многих складывается такое впечатление, что столько средств выделяется и на образование, и на медицину, и повышается зарплата.  Чем недовольны врачи?

 

Алла Фролова: Есть такой простой документ у любого трудящегося – это зарплатный квиток, который выдается, где написано, сколько заплатили, сколько вычли, сколько получил. Так вот по этим квиткам последняя зарплата московских медиков, врачей именно, в поликлиническом звене была 20500 рублей, медсестры получают от 12 до 18 тысяч. То есть, близко нет выполнения указов президента. И это Москва.  В регионах еще хуже.

 

Александр Криволапов, первый заместитель министра здравоохранения Оренбургской области: На сегодняшний день уже  показатель зарплаты у врача составил 142,8% от средней по экономике, у среднего медперсонала 79%, и 52% у младшего медперсонала. Если говорить в цифрах, то у врача средняя зарплата сегодня 33 тысячи, у среднего медперсонала 18, 5 и у младшего 12 тыс. это в среднем по области. Конечно, есть учреждения, где несколько выше, где несколько ниже, зависит от многих составляющих, в том числе от эффективности использования ресурсов.

 

Олег Наумов: 30 ноября состоится новый митинг медиков. С чем идут на этот митинг? С какими лозунгами, с какими требованиями?

 

Алла Фролова: Сейчас для Москвы основное требование – это мораторий, приостановка реформы в том виде, в котором она идет. Реформа нужна. Она нужна всем. Нужна частная медицина, потому что человек должен иметь выбор. Но в том виде, в котором это проводится ради определенных интересов чиновников – это надо остановить. Потому что люди находятся на руках с документами об увольнении с 1-гоянваря, с 1-го декабря. Пока люди под этим находятся, этот груз давит, никаких обсуждений быть не может. Если нам удастся добиться приостановки и отзыва всех увольнений и уведомлений о сокращении – после этого хоть на следующий день мы готовы садиться за стол переговоров. И надо обсуждать, как это делать по уму. Надо просчитывать, где профицит специальностей врачей, где дефицит, надо трудоустраивать людей, поднимать образование, переобучать их, в конце концов. Но чтобы это ни в коей мере не сказалось на доступности оказания медицинской помощи.

 

Олег Наумов: Любую реформу все равно проводит исполнительная власть. Там для этого есть специалисты, эксперты. Но вот гражданское общество, оно должно контролировать, как это все проходит, оно должно оказывать давление на то, чтобы реформа была в пользу людей. Как вы считаете,  в наших нынешних условиях возможно ли такое давление гражданского общества, и пойдет ли власть на то, чтобы прислушаться к мнению людей?

 

Алла Фролова:  Так должно быть. Не мы должны власти. Власть должна работать на людей. Чиновник получает зарплату из моих налогов, он должен работать для людей. Кто дал право власти вот так безапелляционно заявлять, что эти врачи хорошие, эти плохие, эти не нужны и идите, куда хотите. Митинг – это как один из инструментов давления на власть. То есть идет повседневная работа: запросы, жалобы, обращения, работа с депутатами, встреча с чиновниками. И в какой-то момент подходит время, и нужно провести митинг, чтобы люди вышли и показали власти, что нас много. Поэтому мне бы очень хотелось, чтобы 30-го пришло побольше народу, которые должны показать, что нас много, и мы хотим просто-напросто быть здоровыми.

 

Олег Наумов: Народ требует возможности реализовать свое законное право заботиться о  здоровье. Что же делать местным чиновникам в условиях отсутствия денег в бюджете? Правильно, резать, не дожидаясь перитонита! Вместо ремонта и модернизации старых больниц их просто закрывают. На данный момент, в стране закрыты свыше трех сотен больниц и около восьмидесяти поликлиник.  Это дает  возможность отчитаться в выполнении указов верховной власти: ветхих больниц нет, за счет сэкономленных денег зарплата врачам повышена. А то, что в результате этой самой оптимизации пациенты остаются без медицинской помощи, а врачи с многолетним стажем - без работы, это, как говорится, побочный эффект. Врачи и потенциальные пациенты, которые понимают, чем может обернуться откровенно непродуманная реформа, бьют тревогу уже давно. 2 ноября они уже выходили на митинг с требованиями провести обсуждения реформы в общественной и профессиональной среде. Но эти требования не были услышаны. Скорее всего, чиновники надеются, что народ повозмущается немного, да и успокоится. А потом граждане свернут свои плакаты  и отправятся в платные медицинские центры. Жить-то хочется.

 

ОРЕН-ТВ.

 

29 ноября 2014г.