Заказ звонка
* Представьтесь:
* Ваш телефон:
Сообщение:
* - поля, обязательные для заполнения
Заказать звонок
Курс валют
Курс валют предоставлен сайтом kursvalut.com
Счетчик

Новости

 


Автор и ведущий программы «Диалог» Олег Наумов и директор Института экономики здравоохранения Высшей школы экономики Лариса Попович подводят итоги диспансеризации взрослого населения России.
опубликовано: 30-11-2013

 

 

Олег Наумов: 1 июня этого года в России стартовала программа диспансеризации взрослого населения страны. В своих участковых поликлиниках каждый гражданин совершенно бесплатно мог пройти профилактический медицинский осмотр, сдать необходимые анализы и пройти исследования. Цель диспансеризации – выявить хронические неинфекционные заболевания, то есть, те, от которых наше население умирает чаще всего. Мероприятие подходит к концу, но лишь седьмая часть  всех граждан захотела узнать о состоянии своего здоровья. В результате их обследования выяснилось, что каждый пятнадцатый обследованный житель нашей страны страдает артериальной гипертонией,  у каждого пятидесятого обнаружена ишемическая болезнь сердца, у шести человек на каждые две тысячи - онкология, у каждого сотого – патология бронхолегочной системы. Пугающие цифры. Что же дальше? Естественно, больных нужно лечить. Для этого в нашей стране уже не первый год  существует программа государственных гарантий бесплатной медицинской помощи.

Министр здравоохранения, отчитываясь перед президентом о прошедшей диспансеризации, назвала цифры: 30%  россиян практически здоровы. Я то, как обыватель, думал, что 30% - больны, а 70% - здоровы. Чем в первую очередь болеют россияне?

 

Лариса Попович: Как везде в мире, в РФ  больше всего больных хроническими неинфекционными заболеваниями, прежде всего, сердечно-сосудистыми. Вообще надо сказать, у нас в России есть печальный рекорд: мы по уровню сердечно-сосудистых заболеваний впереди планеты всей.  8-е место из 214 стран мы занимаем по количеству инфарктов и инсультов, и первое место по общему количеству сердечно-сосудистых заболеваний. Насколько реальна эта цифра, сказать сложно, потому что смертность от сердечно-сосудистых заболеваний  такого высокого уровня вполне может быть связана с тем, что мы чаще ставим этот диагноз, не разбираясь, от чего на самом деле умер человек. Но факт остается фактом: уровень заболеваемости очень высок. Однако в рамках этой диспансеризации в 8 раз чаще, чем в 90-м году, стали выявляться онкологические заболевания, что очень печально. 70% хронических заболеваний, выявленных в результате обследования – это очень серьезный вопрос для дальнейшего развития здравоохранения.

 

Олег Наумов: Насколько диспансеризация  показывает  реальное состояние здоровья населения?

 

Лариса Попович: Диспансеризация вообще-то – это динамическое наблюдение больного на протяжении длительного времени. То, что мы сейчас называем диспансеризацией – это профилактический осмотр. Это разовая акция и это совсем не диспансеризация, она никак не сопряжена с динамическим наблюдением изменения состояния больного, поэтому я скептически отношусь к этой процедуре .Не думаю, что она показывает реальное здоровье граждан страны, потому что своим ходом на диспансеризацию идет небольшое количество людей, в основном их туда загоняют насильно, они очень формально относятся к самому факту прохождения диспансеризации, а огромные планы министерства здравоохранения по валу сопряжены с большим риском приписок в рамках этой диспансеризации.  

 

Олег Наумов: По опросам ВЦИОМ, большинство россиян (68%) все же прошли диспансеризацию в этом году либо в течение последних трех лет. Россияне, которые  пренебрегают профилактическими осмотрами, считают, что они здоровы и не видят необходимости в этой процедуре (23%).  8% опрошенных сообщают, что им просто не предлагали проходить  осмотр, а 5% и вовсе не знали об этой процедуре. 

 

Олег Наумов: Насколько эффективно работает система обязательного медицинского страхования? Может ли человек рассчитывать на то, что чем бы он ни заболел, его вылечат?

 

Лариса Попович: Все зависит от заболевания, не все можно вылечить. Но почти всегда можно облегчить состояние и улучшить качество жизни. Если это заболевание, которое может быть вылечено, то вообще -то программа государственных гарантий в РФ всеобъемлюща. Практически в любом состоянии отклонения от здоровья вам гарантирована бесплатная помощь. Но здесь заложена большая мина, конечно. Когда в разных странах формируются программы медицинского страхования, то в основе этих программ лежит четкое понимание ответа на три главных вопроса: кто, что и при каких условиях будет получать бесплатно, каким образом все остальное будет доплачиваться. И кем. В РФ программа госгарантий говорит: все всем задаром. Практически. Потому что в программе госгарантий все заболевания, которые есть в медицинской классификации болезней, перечислены. Кроме косметологических процедур. На деле по факту покрывается не больше 60% от стоимости лечения, от объема помощи, которая вам нужна, декларируется одно, по факту другое. Здесь, к сожалению, возникают теневые платежи и пр. Поэтому, сможете ли вы вылечить то или иное заболевание, возникшее у вас или реализовать ту или иную потребность в медицинской помощи, которая у вас возникла, во многом зависит от того, как выстроена система обязательного медицинского страхования в вашем субъекте. Здесь нужно отметить, что возможности населения разные в разных субъектах. У нас дефицит программы государственной гарантии, то есть, финансирование тех обязательств, которые изложены в одной программе достигает до 50% по ряду субъектов, в это году он, дефицит, есть в 53 субъектах. 53 субъекта из 83 не имеют достаточно денег, чтобы обеспечить весь тот объем медицинской помощи, который перечислен в программе гос. гарантии. Здесь уже начинаются разные хитрые игры: кому-то достается, а кому-то нет. Кто-то сам вынужден платить, кого-то вынуждаю платить. К сожалению, дать гарантии полностью программа не может. Это большая проблема.

 

Олег Наумов: В нашем субъекте, Оренбургская область делают следующим образом: количество таких операций определенное, они их все сделали и потом начинают всех ставить в старую советскую очередь. «Ваша очередь придет тогда-то и тогда вам сделают операцию». Получается, что хоть и нет никакой плановой экономики, но субъект РФ может сделать только определенное количество операций, например по шунтированию.

 

Лариса Попович: Вы говорите о дорогостоящих операциях, которые раньше назывались «высокотехнологичными», сейчас они перешли в разряд специализированной помощи. У нас плановая экономика в здравоохранении существует в полном объеме, это касается в первую очередь, так называемых «дорогостоящих видов помощи». Они финансируются за счет либо федерального бюджета, либо бюджета субъектов РФ. На эти цели из бюджета в прошлом году выделялось ровно столько же денег, сколько было в системе обязательного медицинского страхования. Если  в системе обязательного медицинского страхования около 740 млрд. было денег на обычную помощь, то около 400 млрд. шло на высокотехнологичную помощь из федерального бюджета и 330 млрд. из бюджетов субъектов РФ. Было запланировано, что эти деньги, помимо содержания неких бюджетных учреждений, еще пойдут на высокотехнологичную помощь, поскольку очевидно, что высокотехнологичная помощь – это очень дорогая и персонализированная помощь, расчет показывал, что не хватит на всю потребность, которая существует. Было запланировано на прошлый год 340 тыс. высокотехнологичных процедур. В федеральных центрах и, отчасти, региональных. И около 60 тыс. детишек должны были получить эту высокотехнологичную помощь. Это меньше, чем реально требуется населению РФ. И, хотя, в доля удовлетворенности,  как говорит Минздрав, постоянно растет, эта цифра все равно не превышает 60% от потребности. Что делать оставшимся 40%?

 

Олег Наумов: Когда мы видим, что люди начинают собирать деньги на какую-то дорогостоящую операцию, особенно на детей, это происходит от того, что такого качества планирование?

 

Лариса Попович: Не совсем. Есть 2 причины, которые приводят к тому, что люди начинают собирать деньги и, честно говоря, это ситуация возмутительна, потому что в Минздраве есть специальный фонд для лечения за рубежом, в тех случаях, когда человек не может пролечиться в России. Я начала говорить о том, что высокотехнологичная помощь удовлетворяется не более, чем на 60%, но дело в том, что очередь на высокотехнологичная помощь должна учитывать, в том числе и тяжесть состояния и продвижение в очереди зависит от необходимости экстренной помощи. Чем более экстренна, тем быстрее продвигается  в очереди. Другой вопрос, что эта очередь должна быть прозрачной и что каждый должен понимать, как она движется. Вот этой части Минздрав еще четко не отработал, хотя я верю, что у них эта процедура все-таки предусмотрена. Что же касается лечения за рубежом, то те деньги, которые Министерство выделяет на эти цели, год от года возвращаются в бюджет. Потому что процедура получения квоты на выезд достаточно сложная, а самое главное, граждане не знают о том, что у них есть право получить бюджетные деньги на лечение за рубежом, если их заболевание не может быть вылечено в России, особенно для детей. У нас реально есть почти все возможности для лечения детей здесь, в России. Но значительно проще различным фондам и добрым дядям отпиариться и получить свой кусочек от благотворительного пирога, который люди собирают на лечение детей. Поэтому, я бы очень осторожно относилась к такого рода вещам.

 

Олег Наумов: Тогда это вопрос к чиновникам, которые должны объяснять, что есть возможность за государственные деньги провести операцию за границей, а не за счет фонда?

 

Лариса Попович: Абсолютно справедливо, потому что открытость процедур в системе здравоохранения недостаточна. У нас есть очень серьезные достижения, но мы о них не говорим, а значит, наше население о них не знает. Это первое. И второе: чиновники Минздрава, очевидно, не умеют разговаривать с населением. Открытость самого Минздрава, хотя они и говорят, что у нас новая страничка и мы совершенно по новому общаемся с населением – она недостаточна. Мы все должны понимать, как выстраиваются приоритеты, почему мы тратим деньги на эти заболевания, а не на эти, как формируются целевые программы.   И 16 миллионов региональных льготников обеспечены лекарствами только на 30%.  Хотелось бы, чтобы такие вещи объясняли.  Кто является приоритетом для государства, сколько у нас есть денег, честно, на что хватает, на что не хватает? Давайте об этом говорить честно, и тогда будем думать, а где взять остальные деньги и как их завести, так чтобы это не был теневой платеж, а так, чтобы это был нормальный открытый диалог и с врачом и с государством.

 

Олег Наумов: Введенная недавно система электронной записи к врачу не сработала.  Очереди в коридорах меньше не стали. Записаться с помощью терминала невозможно, время у врача все расписано  на недели вперед. А ведь на это потрачены деньги.  Как вы считаете, почему так получилось?

 

Лариса Попович: Я вам открою страшную тайну. В РФ не хватает гораздо больше врачей, чем говорит нам министерство здравоохранения. И когда вы записываетесь к специалисту, которого физически нет, то понятно, электронная это будет запись, бумажная, от этого ничего не изменится. Смотрите: в РФ 780 тысяч штатных единиц врачей. Реально занятых ставок 705 тысяч. Это уже 75 тысяч вакантных ставок. Но физические лица, которые занимают эти 705 тысяч ставок – их 453 тысячи. Это говорит о том, что врачи у нас работают как минимум на полторы ставки. Поэтому очевидно, что колоссальная нехватка врачей – это основная причина их недоступности с помощью любых технических средств. Сама по себе электронная запись – это хорошая история. Это действительно способ хоть как-то упорядочить эту систему, сделать ее справедливой, а во-вторых, получить аналитический материал о нагрузке.

 

Олег Наумов: Президент говорит о том, что зарплаты у врачей повышены и еще будут повышаться. Каково реальное состояние дел?

 

Лариса Попович: Для того, чтобы прожить, медик вынужден работать на износ. Как они шутят, на одну зарплату есть нечего, а на две некогда. Поэтому мы говорим о том, чтобы повысить им зарплату, чтобы они работали на одной ставке. Но учитывая их нехватку, понятно, что нам нужно привлекать как можно больше дополнительно врачей, и тогда потребность в деньгах возрастает, в том числе и на заработную плату. Конечно, повысят зарплату, указ президента будет выполнен, я в этом не сомневаюсь. Другой вопрос, что деньги, которые нужны на выплату зарплаты, съедят 85% всего бюджета здравоохранения. А это означает, что нам не будет хватать денег на лекарства, на содержание медицинских учреждений, на скорую помощь, на высокие технологии, как будет решаться вопрос, пока не понятно, министерство финансов никаких сигналов пока не дает.

 

Олег Наумов: Детское здравоохранение у нас на хорошем уровне. И в детских садах, и в школах есть медработники, и наши дети находятся под их постоянным контролем. Но как только человеку исполняется 18 лет, карточка передается во взрослую поликлинику, и там теряется. И дальше вообще неизвестно, что происходит с его здоровьем. Как сделать так, чтобы взрослый человек следил за состоянием своего здоровья, посещал поликлинику, делал профилактические осмотры?   

 

Лариса Попович: Вопрос приверженности к здоровому образу жизни, то есть заботе о своем здоровье, то о чем вы говорите – это самая главная проблема любой системы здравоохранения. В РФ взрослые люди формально вообще не платят за свое лечение. Работодатель что-то отчисляет от вашей зарплаты, а вы получаете бесплатную помощь, и она вам дается совсем даром. И это очень здорово расхолаживает. Человек не ценит свое здоровье. Когда человек покупает автомобиль, он за ним ухаживает, заботится, он знает, что значительно дороже будет покупать какие-то запчасти, поэтому лучше я сам почищу, помою, вовремя пройду ТО, а организм вы никогда не замените, не купите новый, запчасти к нему не приобретете. А ТО организма мы не проводим. Вот это большая ментальная проблема российского населения. Как поменять, какие мотивации ввести, чтобы человек сам ходил на диспансеризацию, на Западе придумали.  Не прошел санацию полости рта, не прошел обследование маммографическое или репродуктивной системы у мужчин, значит следующий визит к врачу у тебя платный. Экономические стимулы. Если ты не заботишься о своем здоровье, то общество не обязано тебе оказывать помощь бесплатно. Извини, ты сам виноват. Поэтому ты будешь платить.  В России этого нет. А может быть стоит об этом подумать.

 

Олег Наумов: Готов согласиться с моей собеседницей в том, что попустительское отношение к собственному здоровью, отсутствие привычки обращаться к врачам, самолечение –главные ментальные проблемы жителей нашей страны. Наверно, экономические рычаги смогут помочь в решении этой проблемы. Но, мне кажется, прежде чем наказывать рублем безответственного гражданина, давайте посмотрим, все ли сделано для того, чтобы каждый желающий смог прийти в поликлинику в удобное для него время и попасть на прием к врачу без многочасовых высиживаний в очереди? Все ли сделано для того, чтобы врач мог не спеша выслушать больного, назначить все необходимые исследования и поставить правильный диагноз? Готовы ли аптеки к тому, чтобы прекратить продажу тех лекарств, которые нельзя применять без консультации специалиста и продавать только безрецептурные препараты, как везде в Европе? Если мы все это сделаем, может тогда и отношение граждан к своему здоровью изменится?

 

«ОРЕН-ТВ».

30 ноября 2013 г.