Заказ звонка
* Представьтесь:
* Ваш телефон:
Сообщение:
* - поля, обязательные для заполнения
Заказать звонок
Курс валют
Курс валют предоставлен сайтом kursvalut.com
Счетчик

Новости

 


Что изменится в образовании с приходом нового министра? Что ждать российским школьникам, студентам и их родителям от нового закона «Об образовании»? Об этих проблемах говорят автор и ведущий программы «Диалог» Олег Наумов и заместитель председателя комитета Государственной Думы по образованию Виктор Шудегов.
опубликовано: 26-05-2012

Олег Наумов: На этой неделе в стране наконец-то было сформировано новое правительство во главе с Дмитрием Медведевым. Без министерских портфелей остались многие из тех, кто вызывал наибольшие нарекания за работу своих отраслей:  в их числе Татьяна Голикова, отвечавшая за минздрав, Игорь Левитин, отвечавший за транспорт, а также Андрей Фурсенко, теперь уже бывший министр образования и науки. Именно в образовании за последние годы проводились наиболее глубокие преобразования: введен единый госэкзамен, новые образовательные стандарты, подушевое финансирование. Правильные по сути меры проводились крайне неаккуратно, без должного учета мнений учителей и родителей, без кропотливой проработки деталей. Все это вызвало раздражение в обществе. Отставки Фурсенко уже давно требовали все политические партии, кроме «Единой России», многие общественные организации. И вот, наконец, свершилось. Новым министром образования стал бывший ректор Московского института стали и сплавов, бывший статссекретарь министерства Дмитрий Ливанов. Но первые заявления, сделанные Ливановым накануне назначения, уже разочаровали многих из тех, кто ждал позитивных перемен в сфере образования.

Как Вы оцениваете эту перестановку в министерстве?

 

Виктор Шудегов: Нам было очень важно, что Фурсенко перестал возглавлять министерство образования и науки. Даже в программе «Справедливой России» отдельным пунктом было прописано, что мы против реформ Фурсенко и требуем, чтобы Фурсенко был отправлен в отставку. В этой связи нам казалось, что любой министр, который будет сейчас поставлен на эту должность, будет гораздо лучше, чем предыдущий. Ливанов прошел определенную школу, был ректором МИСИСа, до этого был замминистра министерства образования и науки, и мы полагали в момент назначения, что это будет новый министр и новая политика в образовании.

 

Олег Наумов: Андрей Фурсенко войдет в историю российского образования введением ЕГЭ, новыми образовательными стандартами, подушевым финансированием. Насколько успешными, на ваш взгляд, оказались эти проекты?

 

Виктор Шудегов: Что касается ЕГЭ, до сих пор отношение неоднозначное, примерно так: половина населения поддерживает ЕГЭ, а половина не поддерживает. Американцы, которые сами создавали эту тестовую систему, давая нам интервью в одном из журналов, сделали замечание, что тесты на проверку остаточных знаний и тесты на проверку склонности обучения в ВУЗе, где надо решать новые, нестандартные задачи, а не просто запоминать какие-то факты – это совершенно разные тесты. Мы же все сделали в одном. Я уже не говорю о других проблемах ЕГЭ. Поэтому самый лучший был бы вариант сейчас сделать ЕГЭ добровольным. Кому это выгодно? Например, ребятишкам из сельской местности. Например, он хорошо учился, получил хорошие баллы по ЕГЭ, разослал результаты по всем ВУЗам России и получил приглашение на учебу в московский ВУЗ. Это очень хорошо, безусловно. Но вместе с тем, очень много нареканий. Поэтому самое лучшее – перейти на добровольную форму, но, к сожалению, как Фурсенко стоял насмерть, так и новый министр уже сделал заявление, что кардинальных изменений по ЕГЭ не будет. То есть система ЕГЭ остается в качестве основной.

 

Олег Наумов: ЕГЭ признан как универсальный критерий оценки знаний выпускников и абитуриентов. Но необходимо повышать его эффективность. Что нового ждет выпускников в этом году?

 

Виктор Шудегов: Каждый год система контрольно-измерительных материалов совершенствуется, и конечно таких вопросов, как звали лошадь у Вронского, как показатель знания литературы – конечно, таких вопросов нет. Они уже более серьезные, первый, второй, третий уровень. Третий уровень уже достаточно сильный уровень.  Но, тем не менее, это все-таки тестовая система. Тестовая система – она направлена, прежде всего, на запоминание определенных фактов, цифр, дат. И еще большой минус: школьники целенаправленно учат теперь только те дисциплины, по которым они сдают ЕГЭ.  

 

Олег Наумов: В прошлом году на ЕГЭ произошли массовые списывания и фальсификации, которые вызвали огромный резонанс в обществе. Что-то предпринимается в этом году, чтобы исключить подобные ситуации?

 

Виктор Шудегов: Придумывают всевозможные  новшества в плане того, чтобы каким-то образом нейтрализовать воздействие новых технических средств. Школьники у нас достаточно грамотные, все задания могут получать по СМС, один телефон отобрали, у него другой есть. Поэтому сейчас во многих субъектах ставят глушилки, для того, чтобы не могли наши абитуриенты переписываться со своими друзьями, которые находятся за пределами школы и помогают им в сдаче ЕГЭ. Нарушений много, и не только как по отдельным предметам получают высокие баллы, но и при последующем зачислении, как в медицинской академии это получилось, когда идет определенная подтасовка: выпускникам с более низкими баллами дают возможность поступать, наверно, за определенное вознаграждение. Думаю, что со временем удастся всего этого избежать, но уж очень долго длится череда этих ошибок.

 

Олег Наумов: Буквально за день до своего назначения в интервью «Российской газете» о проблемах высшего образования Дмитрий Ливанов сказал о том, что нужно сокращать не ВУЗы, а количество бюджетных мест. Его предшественник говорил об обратном, что нужно закрывать слабые ВУЗы, а в остальных увеличивать бюджетные места. Какова ваша точка зрения?

 

Виктор Шудегов: Я считаю, что нельзя сокращать как число университетов, так и число бюджетных мест. Дело в том, что неслучайно появились университеты в каждом областном центре. Это требование своего времени. Огромный спрос у наших граждан на получение высшего профессионального образования. Когда вдруг делаются заявления, что слишком много у нас университетов, это вызывает волну возмущения, прежде всего в регионах. Специалистов для работы непосредственно в регионах нужно готовить на местах. По сокращению числа студентов. Новый министр Дмитрий Ливанов заявил, что можно повысить качество подготовки, сократив в два раза число студентов. Новый министр также заявил, что нужно существенно повышать стипендию, он даже назвал, чуть ли не 10 тысяч. Если речь идет о том, чтобы повысить стипендию за счет сокращения числа студентов – это, я считаю, абсурдно. Параллельно он предлагает повысить стоимость образования. То есть коммерциализировать большую часть образования. И хотя он говорит о том, что должны платить предприятия, которые заказывают, но никто из работодателей платить не будет. Когда у нас большинство выпускников наших ВУЗов, речь идет примерно о 50%, болтаются без работы, они на улице, еще платить за подготовку такого же специалиста никто не будет, все будут брать готовых специалистов. И поэтому лично я против, чтобы сокращать число бюджетных мест.

 

Олег Наумов: Президент Путин поставил задачу обеспечить к 2020 году вхождение не менее пяти российских университетов в первую сотню ведущих мировых вузов согласно мировому университетскому рейтингу. Насколько эта задача выполнима, и что нужно сделать для ее достижения?

 

Виктор Шудегов: Хочу сразу отметить, что по тем критериям, по которым проводятся рейтинги зарубежных вузов, пока нам это сделать будет очень сложно. Один из важнейших показателей – количество лауреатов нобелевской премии. Понятно, что далеко не каждый периферийный вуз сможет подготовить лауреата нобелевской премии. Даже если он получил хорошее образования, нужны прекрасные условия, то есть мало сейчас дать зарплату, надо дать хорошее оборудование и финансирование проекта, поэтому  этот показатель мы в ближайшее время вряд ли преодолеем. Потом  есть показатель успешности выпускника, и речь идет о средней зарплате, которую получают выпускники этого вуза. Возьмите педагогические, медицинские специальности, они заведомо опускают планку наших вузов. В среднем наша зарплата примерно в два-три раза ниже, чем на Западе. И по таким критериям нам будет сложно с ними конкурировать. Поэтому я думаю, что очень сложно будет выполнить поставленную задачу.

 

Олег Наумов: В июле 2012 года в Госдуму правительством должен быть внесен проект федерального закона «Об образовании в РФ». Что нового ждет российских школьников и студентов, а также их родителей?

 

 

 

 

 

Виктор Шудегов: Новый закон об образовании должен вступить в силу с 1 января 2013 года. Там прописано, что в среднем зарплата работников образования должна быть равна средней зарплате в экономике региона. Как вы знаете, сейчас, в период предвыборной кампании повысили зарплату только одной категории работников образования – учителям, прекрасно понимая, что они очень сильно могут повлиять на исход выборов. А остальные категории, дошкольное образование, дополнительное образование и даже вузы остались без повышения зарплаты. И получилась такая разница: работник высшей школы сейчас получает меньше, чем учитель.  Мы рады за учителей, но хотелось, чтобы все получили повышение. В качестве новшеств еще то, что дошкольное образование становится самостоятельным уровнем, и теперь каждый ребенок должен обязательно посещать дошкольное образовательное учреждение. Учитывая, что у нас обеспеченность детскими садами всего 50-60%, выполнить это положение будет достаточно сложно. Многие вопросы, связанные и с материальным содержанием системы образования, и с решением жилищной проблемы, к сожалению, остались нерешенными.

 

Олег Наумов: Новый закон «Об образовании в Российской Федерации» должен закрепить перемены в образовании последнего времени. Со многими, как например  ЕГЭ, мы уже почти смирились, а вот с введением платных услуг в общеобразовательных школах мы никак не хотим соглашаться. Финансирование образования – одна из самых больных тем российской школы. Введение платных образовательных услуг в общеобразовательных школах граждане воспринимают негативно, считая, что государство свои проблемы решает за счёт граждан, и теперь только дети обеспеченных родителей смогут получать полноценное образование.

 

Виктор Шудегов: Здесь вы абсолютно правы. Этот год будет для нас чрезвычайно сложным в связи с переходом к 83-му федеральному закону, который фактически переводит систему бюджетного финансирования по смете, то есть гарантированно, к финансированию подушевому. То есть теперь каждое учебное заведение будет требовать финансирование в органах муниципалитета или на региональном уровне, исходя из заказа. Кроме того, опасения связаны не только с переходом на 83-й закон, но и  со стандартами старших классов. Фурсенко прославился еще благодаря стандартам старших классов. Сразу десятки тысяч писем были направлены в адрес президента, прежде всего, потому что наши граждане были несогласны с тем, что теперь только три основных предмета, которые становятся обязательными: Россия в мире, ОБЖ и физкультура, а дальше 7 предметов по выбору. В том числе и русский язык, и математика, и литература, становились предметами по выбору. Это означает, что фактически из двадцати предметов оставалось десять. И сразу возник вопрос у наших родителей:  а кто будет остальные 10 предметов финансировать?  И конечно, эти стандарты не были поддержаны. После этого появились вторая, третья, четвертая версии, и все они обществом отвергнуты. Я надеюсь, что новый министр все-таки прислушается и поддержит нормальный вариант стандартов, где сохраняются основные общеобразовательные предметы.

 

Олег Наумов: На какие вызовы современности должно ответить российское образование?

 

Виктор Шудегов: Вопрос очень непростой. Во-первых, мы должны обеспечить страну высококвалифицированными специалистами, и эти специалисты должны быть еще и востребованы. Мы должны восстановить все те отрасли, по которым Россия всегда лидировала. И здесь я считаю, что мы должны не только готовить специалистов высочайшего класса, но и формировать потребности для наших вузов.

Ну и конечно самое главное – финансирование. Посмотрите, в тех странах, которые сегодня на гребне успеха, очень высокий процент ВВП идет на образование. Мы сейчас стремимся к тому, чтобы хотя бы довести этот процент до 5 – 7 %. А в Европе 10-13% стало нормой. В Южной Корее – 20%, а в Финляндии – 23% выделяют на образование,  учителя получают очень высокую зарплату, и там высочайший конкурс, чтобы попасть на это место. И они научились добывать богатства не из-под ног, а из головы. Я думаю, что мы тоже это все можем, тем более что у нас есть богатства под ногами, осталось немножко привести в порядок наши головы.

 

Олег Наумов: В последние годы в России в условиях развития рыночной экономики появилась масса возможностей для профессиональной реализации личности. Но для того, чтобы быть успешным на рынке, необходима качественная система общего, профессионального образования, система переподготовки специалистов. Реформа системы образования в России назрела давно, и ее направления выбраны в основном правильно, вот только формы и методы ее проведения оставляют желать лучшего. Поэтому от нового министра образования общественность ждет максимальной продуманности и аккуратности в проведении преобразований. Однако его заявления о сокращении числа студентов, которые обучаются за государственный счет, уже вызвали негативную реакцию в обществе. Как бы не пришлось в будущем сожалеть об отставке Фурсенко, по крайней мере, студентам.  

 

«Орен-ТВ»

26 мая 2012 г.