Заказ звонка
* Представьтесь:
* Ваш телефон:
Сообщение:
* - поля, обязательные для заполнения
Заказать звонок
Курс валют
Курс валют предоставлен сайтом kursvalut.com
Счетчик

Новости

 


О трудностях подросткового возраста в эфире программы «Диалог» телеканала «Орен-ТВ» говорят Олег Наумов и директор института возрастной физиологии, доктор биологических наук Марьяна Безруких.
опубликовано: 31-03-2012

Олег Наумов: Каждый родитель знает, что в определенный период взросления наших детей с ними становится трудно.  Славные и послушные  детки вдруг превращаются в грубых и дерзких. Родители в панике, говорят: «Его как подменили. С ним невозможно спокойно разговаривать. Он все делает по-своему. Одевается ужасно, говорит гадости, поздно приходит домой, стал хуже учиться». Все это означает, что ваш ребенок стал подростком. В это время трудно всем. Трудно родителям, которые стремятся, во что бы то ни стало сохранить свой всемогущий контроль над ребенком, как прежде контролировать каждый его шаг  и ограждать свое неразумное чадо от неправильных  друзей и поступков. Трудно и самому подростку, потому что в это время он переживает одну из самых великих потерь - он теряет детство. Но теряя детство, он должен набраться сил для самостоятельной взрослой жизни. А мы продолжаем относиться к нему, как к маленькому: контролируем, запрещаем, отчитываем. И тогда начинается настоящая война, с жаркими битвами и временными перемириями. Но победивших в этой войне нет. Есть только пережившие ее. Или те, кто не смог пережить. Каковы границы этого трудного подросткового возраста и что от детей этого возраста можно  ждать?

 

Марьяна Безруких: Это возраст, когда у ребенка происходят сложнейшие физиологические преобразования. И они являются мощным стимулом всех тех изменений в поведении ребенка, в его функциональном состоянии, даже в его интеллектуальных возможностях. Когда же наступает этот возраст? Наступает он   очень индивидуально, но среднее время наступления этого возраста 9-11 лет у девочек, и 10-12 лет у мальчиков. Это начало. Всегда считалось, что самым сложным этапом является возраст после 13-ти: 14-15-16, когда дети выходят из-под контроля. Когда они ищут себя и порой с проблемами для родителей. Но мы, физиологи считаем, что самый сложный этап - это период начала полового созревания. Эта сильнейшая эндокринная буря создает такое напряжение в организме, что даже мозг ребенка, вступившего в период полового созревания, начинает работать с большим трудом. Ребенку сложнее учиться. И очень часто на предыдущем этапе развития у его были хорошие оценки, и вдруг - плохие оценки. Родители очень остро на это реагируют, часто считают, что виноват ребенок. Но мы должны учесть некоторое снижение его возможностей, а с другой - высокую интенсификацию учебного процесса, которая приходится как раз на 5-6 класс, на период начала полового созревания.

 

Елена Вроно, врач-психотерапевт: Нужно сказать, что самый острый и самый трудный возраст -14-16 лет - это такой возраст, когда человек с одной стороны считает себя уже компетентным, взрослым, облеченным правами, преувеличивает свою компетентность, как правило. А  с другой стороны, имеет до предела неустойчивую самооценку. Очень важно, что подростки по складу своему гипотивны, то есть у них скорее возникают депрессивные реакции на то, что происходит, чем позитивные, и в отчаяние он может прийти от самой малости.

 

Олег Наумов:  У природы нет напрасных времен. Подростковый возраст - это время, когда юное существо учится жить отдельной от родителей, самостоятельной жизнью. А родителей в это время охватывает чувство тревоги и отчаяния: кажется, что все твои старания были напрасными, что ты вырастил злое и неблагодарное существо. C чем связано то, что одни дети спокойно \"проходят\" трудный подростковый период, а у других просто \"крышу срывает\"?

 

Марьяна Безруких: С одной стороны – разный функциональный резерв у детей. Потому что такая гормональная перестройка в организме требует очень большого напряжения всех сил организма. В этот период и сердечно-сосудистая система, и система дыхания, и функциональная организация деятельности мозга - все в большом напряжении. А мы прекрасно знаем: если есть сильное напряжение, можно сорваться. И понятно, что дети со слабой нервной системой, а таких достаточно много, понятно, что дети, у которых есть какие-то неврозные расстройства. Разумеется, у этих детей весь период полового созревания будет проходить с большим напряжением. Тогда буквально одно не значащее слово, а она выдала такую реакцию, хлопнула дверью, ушла из дома.

 

Олег Наумов: Подросток делает ошибки, принимает неверные решения, а запретительные меры уже не действуют. Как быть в этот период родителям?

 

Марьяна Безруких: Во-первых, нужно спокойно разбираться в любых ситуациях. Очень часто мы, взрослые, действуем на эмоциях. Мы недовольны ситуацией, нам   учитель высказал свое неудовольствие, нам не понравилась оценка. Нам не понравилось, что ребенок тут же не откликнулся на нашу просьбу, а мы очень часто требуем, чтобы это было немедленно, как в армии: ключ на старт - есть на старт. У ребенка ослабевают механизмы регуляции, внимания, восприятия. Ему порой трудно бывает сосредоточиться. И мы никак не хотим это учитывать. И порой, когда родители чего-то требуют от ребенка - он их просто не слышит. Значит, первое - спокойно разбираться в любой ситуации. Второе - не реагировать бурными эмоциями. Не выдавать выплесков собственных эмоций, эмоций взрослых. Потому что наш крик, наше недовольство, наше наказание только ухудшают ситуацию. И последнее. Если вы хотите ребенку в чем-то реально помочь - это должна быть конструктивная помощь.

 

Елена Вроно, врач-психотерапевт: Важно понимать, что чужим опытом человек прожить не может, и опыт ошибок и проб должен быть обязательно свой собственный. Когда мы стремимся ребенка своего заключить в прокрустово ложе, тех социальных норм, которые представляются нам разумными и правильными, мы совершаем насилие. Это, безусловно. Надо все-таки задать себе вопрос: ты требуешь соблюдения того или другого правила руководствуясь чем? Возможно, ты руководствуешься стремлением обслуживать свою тревогу. И это бывает очень часто. И неправильно было бы делать ребенка рабом твоей тревоги.

 

Олег Наумов: Когда взрослым нужно насторожиться? Как понять, что что-то не так, что он должен поменять свое поведение по отношению к ребенку?

 

Марьяна Безруких: Здесь я не могу выделить эту точку, этот час, этот день и этот год. Потому что, на мой взгляд, грамотный родитель, который действительно понимает собственного ребенка, который не просто говорит, что он его любит, не просто думает о том, чтобы он был сыт, одет, обут, а старается понять своего ребенка, он видит особенности буквально каждый день. Поэтому родителям нужно наблюдать за своим ребенком. Резкие изменения происходят только в том случае, если накопились проблемы. Если проблемы накапливались и на них просто не обращали внимания, тогда в один прекрасный день ребенок хлопает дверью и уходит.  Просто родители были невнимательны. Они становятся внимательными, к сожалению, тогда, когда наступает резкая конфликтная ситуация. Нужно стараться ее предвидеть.

 

Олег Наумов: Для подросткового возраста характерны частые перемены в настроении, а иногда и мысли о суициде. Как уберечь ребенка от этого шага?

 

Марьяна Безруких: Говорить о благополучии ребенка в этом случае невозможно. Это значит, что он оказался в ситуации, которую не увидели. Потому что ребенок приходит к суициду тоже не в одну секунду. Нужно помнить родителям, и это тоже черта подросткового возраста: мнение взрослых на этом этапе развития не значимо. Значимо мнение сверстников. Поэтому то, что сказали друзья и товарищи гораздо важнее, чем сказали взрослые. И это невозможно никак изменить, это возрастная психологическая особенность. Значит, мы не должны требовать от него, а должны найти пути к нему. Хорошо бы, если бы эти пути искались не в этот момент, а просто не прерывалась связь времен. Не прерывалась связь с ребенком. Ведь как часто бывает. Лет до семи ребенок безраздельно принадлежит нам. И мы часто требуем, чтобы это беспрекословное подчинение, оно продолжалось дальше. Но годам к 9-10 ребенок начинает понимать, что он многое может, что он не очень сильно от нас зависим. Мы же очень хотим, чтобы он соответствовал нашим притязаниям, чтобы он хорошо учился, чтобы хорошо себя вел, чтобы он чем-то занимался и т.д. Если мы очень сильно закручивали вот эту пружинку требований к ребенку, если эти требования были неадекватны, если они унижали ребенка, если он чувствовал себя все время никчемным, ничего не умеющим, если его еще и ругали, то, скорее всего, в тот момент, когда он осознает, что он может быть свободным, он будет свободным.  

 

Елена Вроно, врач-психотерапевт: Если в пылу ссоры подросток угрожает самоповреждением, нужно ему поверить и ужасно испугаться. И в ту же секунду, забыв обо всех своих воспитательных усилиях, положив в карман все свои обиды и оскорбленные чувства, на тормозах спускать ссору. Потому что последствия вот таких импульсивных самоповреждений бывают очень тяжелыми.

 

Олег Наумов: Часто именно в этом возрасте появляются проблемы в школе, снижается успеваемость. Что вы могли бы рекомендовать учителям, как им вести себя, как работать?

 

Марьяна Безруких: Мы должны научиться разговаривать с ребенком спокойно, уважительно и доброжелательно. Боюсь, что немногие школы могут похвастать таким отношением к ребенку. И это является одной из главных причин тех школьных  проблем, которые появляются. Потому что любая школьная проблема связана не столько с тем, что ребенок не может с ней справиться, сколько с тем, что он думает, что он никогда этого не сделает. И это ему внушают педагоги и родители: ты не можешь, у тебя не получается, ты плохой ученик, у тебя плохие оценки. Вместо того, чтобы сказать: есть проблема, но мы можем ее решить, давай разберем, как. Самое главное, что порой ни учитель, ни родитель  не могут сформулировать  в чем проблема. Говорят: он плохо себя ведет, плохо учится.  Это не характеристика проблемы ребенка. В чем же проблема? И когда мы начинаем разбираться в них, оказывается, что проблемы очень конкретные. Но в них не разбирается ни учитель, ни родитель, а если в них не разобрались, ребенок сам справиться с этим не может.

 

Елена Вроно, врач-психотерапевт: Взаимодействие с подростком - оно такое трудное, такое тяжелое. Оно устроено так, что родители очень часто это взаимодействие переживают, как свое фиаско. Потому что все время по носу получаешь. Все время тебя отталкивают. Все время тебя отвергают.

Поэтому когда ребенок в школе, есть огромное искушение вот эту ответственность отдать им. И если что-то происходит в школе, то огромное искушение объединиться со школьной администрацией и сказать своему сыну или дочери: они правы. Двадцать пять раз нужно подумать, прежде чем эту фразу сказать. Как бы безобразно не выглядело поведение вашего ребенка, помнить о том, что по-настоящему ваш ребенок близок только вам, мне кажется, не вредно.

- И что, говорить, да, сыночек, ты прав?

- Нет, говорить: « Ты не прав,  но я тебя все равно люблю».

 

Олег Наумов: Вот вы говорите, что в этом возрасте мнение взрослых для ребенка ничего не значит. И дети сбиваются в компании свои, чисто подростковые.  Но компания компании рознь. В этой компании могут быть и наркотики… и как же быть тогда родителям, просто смотреть, как ребенок уходит?

 

Марьяна Безруких: Это очень сложный вопрос, но боюсь, я не могу дать рекомендацию родителям, и не думаю, что кто-то даст, как можно силой извлечь ребенка из той компании, где ему комфортно и интересно. Это значит, что у ребенка нет другого интереса. Это то, что должно было сформироваться. Я обычно говорю родителям: ваша задача - не пятерки по чтению, письму и математике, это не столь существенно, а поиск какого-то интереса. И очень часто родители не дают возможности  детям попробовать: кому-то нравится моделирование, кому-то мягкая игрушка, кому-то авиамодельный кружок, кто-то хочет заниматься плаванием. Часто родители думают о своих интересах: мне неудобно его возить, или это слишком будет для меня  сложно, часто нематериальные вещи. Или нет  денег. Не в этом дело. Родители не хотят потратить себя, свое время, свои силы. А без этого интерес у ребенка не формируется. Если у ребенка есть какой-то стойкий интерес к 11 -12 годам, то есть и своя компания. Ребенок уходит в плохую компанию в том случае, если своя не сформировалась. А если родители говорят: пусть твои ребята ко мне не приходят.  А если важнее чистые половички в доме, чем ребенок, тогда он  уйдет на улицу. Поэтому мы должны подумать: то, что мы делаем сегодня, как это откликнется завтра.

 

Олег Наумов: Я тоже в свою очередь, хочу призвать родителей, имеющих детей подросткового возраста: может быть, пришла пора закончить войну не на жизнь, а на смерть? Может быть, необязательно, во что бы то ни стало оставаться правым? Постарайтесь не обижаться на своих детей, если они вдруг пренебрегли вашими ценными советами.  Не читайте ему \"нотаций\", например, про то, как он должен одеваться. Он все равно будет носить то, что хочет. Будьте последовательны в том, чего вы требуете от подростка.  Ваши пустые угрозы и неразумно жесткие наказания вызовут только противодействие. Это время дается нам, взрослым, чтобы тоже стать более самостоятельными. Настает время, когда наши родительские руки уже свободны.  Займитесь собой. Почаще ходите в кино, в театр, читайте книги, сохраняйте спокойствие и душевное равновесие. Только позволив своему ребенку повзрослеть, отпустив его от себя, вы сможете сохранить с ним по-настоящему близкие отношения.

 

«Орен-ТВ»

31 марта 2012 г.