Заказ звонка
* Представьтесь:
* Ваш телефон:
Сообщение:
* - поля, обязательные для заполнения
Заказать звонок
Курс валют
Курс валют предоставлен сайтом kursvalut.com
Счетчик

Новости

 


О том, как прошла горячая вступительная пора для абитуриентов оренбургских ВУЗов, говорят автор и ведущий программы «Диалог» Олег Наумов и ректор Оренбургского государственного университета Владимир Ковалевский.
опубликовано: 15-10-2011

Олег Наумов: Не дай вам бог жить в эпоху перемен – сказал один мудрый человек. В нашей системе образования каждый год что-то реформируется.  Изменяются то правила сдачи единого госэкзамена, то правила поступления в вузы. Нередко эти  новшества оборачиваются неразберихой и головной болью для выпускников и их родителей. Абитуриенты этого года имели возможность подавать документы не более чем в пять вузов и не более чем на три специальности в каждом. Каждый ВУЗ имел возможность установить собственный минимальный балл на предметы, необходимые для поступления. Все сведения об абитуриентах теперь занесены  в единую базу данных, и поэтому при подаче документов необязательно иметь при себе свидетельство о сдаче ЕГЭ.  Однако все эти меры не помогли избежать  скандалов, связанных с нарушением правил сдачи экзаменов и приема в ВУЗ. Резонансным случаем стала история со вступительными экзаменами в медицинском университете имени Пирогова, где 75% абитуриентов не числились в федеральной базе свидетельств о результатах ЕГЭ. Другой крупный скандал был связан с Московским физико-техническим институтом, когда несколько студентов из этого вуза отправились в школу сдавать ЕГЭ за ее учеников.

Расскажите о результатах набора-2011 в вашем ВУЗе. Сколько ребят поступило в этом году на первый курс? С какими результатами ЕГЭ пришли к вам абитуриенты? Довольны ли вы первокурсниками?

 

Владимир Ковалевский: Мы всегда довольны первокурсниками, потому что мы благодарны им за тот выбор, который они сделали. Раз они пришли в наш вуз, значит, они нам доверяют и надеются, что получат качественное образование, поэтому мы стараемся сделать так, чтобы они не разочаровались в своих ожиданиях. В этом году, если брать некий усредненный балл ЕГЭ, то он у нас на 4 балла выше, по сравнению с прошлым годом. По этому показателю можно судить, что абитуриенты пришли более подготовленные. План приема мы выполнили, набрали так же студентов, которые будут обучаться на коммерческой основе.

 

Олег Наумов: Каков процент студентов вашего ВУЗа учится на бюджете? Каковы тенденции: количество бюджетников в ВУЗах уменьшается или сокращается?

 

Владимир Ковалевский: Нет, не сокращается. Если брать такую пропорцию: отношение количества бюджетных мест, выделяемых на прием, и отнести к количеству выпускников средних школ в том или ином году, то эта ситуация улучшается. В плане того, что предлагается мест для поступления абитуриентам больше. Если взять наиболее существенную часть наших студентов, это я бы взял очную форму обучения непосредственно в головном вузе, то есть в Оренбурге, у нас обучается где-то порядка 11 тыс. человек, из них 80% - это бюджетники и 20% - коммерческие.

 

Олег Наумов: От чего зависит государственное финансирование вузов и количество бюджетных мест в них?

 

Владимир Ковалевский:  Это сложилась такая практика, то есть дают по факту. Правда, я должен сказать, что нам ежегодно сокращают прием на гуманитарные специальности и на экономику. Каждый год больше мест на инженерно-технические специальности.

 

Олег Наумов: Сейчас существует множество различных рейтингов ВУЗов. Для чего они составляются и по каким критериям? Принимает ли ваш университет участие в рейтингах?

 

Владимир Ковалевский: Они преследуют различные цели, понятно, что организаторы хотят тот или иной ВУЗ затащить на какое-то место, сейчас очень живо все это обсуждается. В российских рейтингах, мы, безусловно, участвуем, информацию мы предоставляем. В принципе, эта информация в открытом доступе вся есть, и можно даже без нашего ведома эту информацию надергать, что, кстати сказать, часто делается, и прорейтинговать вузы.  Мы  в группе университетов, 104 университета, заняли 41-42 место. Анализ шел по различным направлениям и меня порадовало, что по образовательной деятельности мы находимся на 31-32 месте. Но мы серьезно провалились по бренду. То есть нас особо никто не знает. Куда-то улетели на восьмидесятые места. А по таким объективным показателям: научная инновационная деятельность, 28-29 место занимаем.

 

Олег Наумов: Те ВУЗы, которые занимают верхние строчки рейтингов,  в народе издавна называются престижными.  Желающих поступить в эти учебные заведения  всегда много. Например, на одно бюджетное место в РГГУ претендовало 84 человека, в РУДН - 79 человек, в МГИМО - 78.  Но есть и такие ВУЗы, в которые идут неохотно и они вынуждены были брать практически всех, кто принес к ним свои аттестаты, пусть даже с тройками. 

Одни высшие учебные заведения имеют огромные конкурсы, другие – недобор. Как вы считаете, как можно исправить эту ситуацию? Как вы относитесь к идее государственного или коммерческого заказа  на подготовку специалистов?

 

Владимир Ковалевский: Что касается государственного и коммерческого заказа, я могу только приветствовать такие вещи, потому что правильно вы сказали, что государство платит и вправе направлять специалистов на те места, те должности, которые востребованы и на которых эти специалисты нужны. В первую очередь это в обязательном порядке нужно делать для выпускников педагогических вузов, потому что учителей катастрофически не хватает. Их и в городе не хватает, а уж про село и говорить нечего. То же самое о врачах, о специалистах сельского хозяйства. Тут какие-то меры предпринимаются, ну, скажем, тот же губернаторский набор. Ну губернаторский набор – это когда платят из областного бюджета за подготовку специалистов. Существует целевой прием, когда можно 20-30% бюджетных мест направлять именно для целевого приема, чтобы готовить специалистов для нужд конкретного региона. Есть такая форма, как подписание трехстороннего договора: есть заказчик, есть вуз и есть конкретный студент, который подписывает этот договор и должен отработать время какое-то. Другое дело коммерческий прием. Понятно, что если сам студент или его родители платят, то наверно вправе сами выбирать, куда они пойдут работать. А если за студента будет платить какое-то предприятие, то есть оно фактически заказывает себе специалиста и за него платит, тут уже однозначно, либо он будет работать на эту фирму, либо возместить расходы на его обучение за это время.

 

Олег Наумов: Насколько прозрачна после введения ЕГЭ  ситуация с зачислением в  ВУЗы?

 

Владимир Ковалевский: Сейчас ВШЭ сделала рейтинг прозрачности сайтов приемных комиссий вузов. Я могу сказать про свой вуз, мы находимся в числе лидеров, мы набрали из 110 возможных баллов 105. То есть это почти идеально. Там какая-то есть одна заметка. Но я думаю, мы эти замечания учтем.  А отдельные вузы, они просто закрывают информацию, в особенности негосударственные вузы. А за государственными присматривает учредитель.

 

Олег Наумов: Те, кто сейчас учатся в выпускных классах и их родители уже присматриваются к вузам. На что абитуриенту и родителям следует обращать внимание при выборе вуза?

 

Владимир Ковалевский: Во-первых, надо как-то попытаться спрогнозировать, кто же будет востребован на рынке труда и можно ли будет устроиться по той или иной специальности на работу. Очень важно смотреть не на то, куда пошел сосед, друг, подруга,  а нужно проходить профориентацию. Есть психологические тесты, способен ли тот или иной человек освоить эту образовательную программу и работать по ней. Сколько угодно примеров, когда человек получил диплом, а потом говорит, я не буду работать, я ненавижу эту специальность. Очень важный момент – знание иностранных языков. Вот это все способствует тому, что наши выпускники получили то образование, которое  будет востребовано не только в России, но и за рубежом тоже.

Олег Наумов: Как вы считаете, можно ли связывать последние технические катастрофы со слабой подготовкой специалистов в вузах?

 

Владимир Ковалевский: Я бы этот упрек отнес не только к сфере образования, но и к сфере управления. В вузах, вообще говоря, учат правильно. А вот что потом случается, когда сокращается технический персонал для того, чтобы извлечь максимальную прибыль, и почему нет системы повышения квалификации специалистов – это вопрос. Сейчас как-то уходят от лицензирования, аттестации, аккредитации.  Для меня совершенно непонятно, почему это происходит. Например в строительстве, появляются такие компании, которые на улице ловят какой-то персонал с крайне низкой квалификацией и с минимальными претензиями на зарплату, и они строят какие-то объекты. Потом эти объекты при очень низком качестве строительства могут разрушиться, что мы сейчас и наблюдаем. Я считаю, что нельзя государству уходить от контроля. В обязательном порядке нужно повышение квалификации с какой-то периодичностью, раз в пять лет, например, в обязательном порядке должны замещаться вакантные должности инженерно-технических работников профильными специалистами. Нельзя, чтобы пришел выпускник кулинарного техникума и занимал инженерные должности в той же энергетике. Я думаю вот здесь порядок надо наводить. И тогда, если каждая должность будет занята соответствующим специалистом, то и аварий, катастроф будет значительно меньше.

 

Олег Наумов:  Главной причиной  технических катастроф этого года, таких как падение пассажирского самолета под Ярославлем или гибель теплохода «Булгария», был назван человеческий фактор. Профессиональная несостоятельность в такой отрасли, как транспорт,  особенно заметна, потому что под угрозой оказывается  человеческая жизнь. Ошибки плохо подготовленных специалистов  в других сферах возможно не так видны, но они тоже незримо подтачивают нашу экономику. Как с этим быть? Очевидна цепочка: плохой ученик – плохой студент – плохой специалист. А поступить в вуз становится все легче. Ведь нынешние  абитуриенты – это поколение начала девяностых, когда уровень рождаемости заметно снижался. Выпускников средних школ в этом году было примерно на 70 тысяч меньше, чем в прошлом, а число мест для первокурсников осталось  практически на прежнем уровне. Чтобы поступить  в ВУЗ, порой достаточно сдать ЕГЭ хотя бы на тройку. С одной стороны вроде бы хорошо, высшее образование становится все доступнее. Но хотим ли мы лечиться у врача, который плохо учился? Лететь на самолете, за штурвалом которого – троечник?

 

«Орен-ТВ»

15 октября 2011 г.