Заказ звонка
* Представьтесь:
* Ваш телефон:
Сообщение:
* - поля, обязательные для заполнения
Заказать звонок
Курс валют
Курс валют предоставлен сайтом kursvalut.com
Счетчик

Новости

 


8 марта в России стартовала программа по выплате компенсаций за утилизацию старых автомобилей. Поможет ли эта программа пережить кризис российскому автопрому? Олег Наумов и депутат Государственной Думы Сергей Петров в программе «Диалог» телеканала «ОРЕН-ТВ».
опубликовано: 07-03-2010

Олег Наумов: Многие экономисты в последние годы все настойчивее говорят о том, что нам необходимо перенимать успешный опыт других стран.  И это правильно. Ведь давно известно, кто учится на чужих ошибках, а кто – на своих. Но, даже перенимая чужой опыт, мы умудряемся сделать массу своих собственных ошибок.

Накануне 8 марта законодатели решили по-своему поздравить  женщин, и именно этот праздничный день объявить днем старта программы по выплате компенсаций за утилизацию старых автомобилей. Условиями программы смогут воспользоваться граждане Российской Федерации, у которых в собственности есть автомобиль 1999 или более раннего года выпуска. Соответствующую субсидию в размере 50 тысяч рублей человек сможет получить при покупке отечественного автомобиля или иномарки, которая была выпущена в России. Подобная программа с успехом действует в Германии, и она позволила автопромышленности этой страны выжить в условиях экономического кризиса.

А почему экономический кризис в производственной сфере в наибольшей степени ударил именно по мировому автопрому?

 

Сергей Петров: Автопром – это уже результат длительной работы всех отраслей. Тех, кто делает металл, и всей обрабатывающей промышленности, тех, кто делает комплектующие. Поэтому, естественно, автопром оказался под самым большим ударом. Люди экономят в первую очередь на тех покупках, которые можно отложить. Вот покупку продуктов питания отложить нельзя, и эта отрасль меньше пострадала, просто спрос переместился в более дешевый сегмент. Поэтому в первую очередь при нестабильной экономической ситуации люди начинают экономить на автомобиле.

 

Олег Наумов: А российский автопром, как он выглядит по сравнению с мировым?

 

Сергей Петров: Российский автопром конечно страдает больше других. В силу того, что российская экономика пострадала больше других. Если вы заметили, падение ВВП у нас самое большое в «двадцатке», 8%.  Уровень безработицы стал такой же, как и в Европе, а всегда он был ниже. Инфляция больше чем у других. Если  российская экономика пострадала больше других, то и автопром не один в синем небе, он живет именно внутри экономики. Вы помните, когда-то нашу страну называли тихой гаванью, но на сегодня мы видим, что у нас много проблем больше, чем в других странах. Очень мы зависим от цены на энергоресурсы. Очень.

 

Олег Наумов: Автопром Германии пострадал меньше, наверное, благодаря тому, что правительство приняло программы поощрения потребителей.

 

Сергей Петров: В Германии правительство поддержало автоторговлю, тем самым косвенно и автопроизводство. Немцы все-таки любят покупать свою продукцию, не столько из патриотизма, сколько из-за надежности и качества их машин. Собственный автопром все-таки ближе к их ментальности. В целом программа поддержки в Германии довольно эффективна. Она заключается в том, что старые машины выкупаются и выдается сертификат, примерно на 2 тысячи евро на покупку новой машины. Это естественно, поддержало автопром Германии на период кризиса.

 

Олег Наумов: В России на примере Германии разработана своя программа утилизации подержанных машин с целью повышения потребительского спроса на новые автомашины и оживления рынка. Реализация программы начинается с 8 марта.  Сдаешь старый автомобиль, получаешь сертификат на 50 тысяч и покупаешь новый. Казалось бы прекрасная возможность. Но, согласно данным ВЦИОМа, больше половины опрошенных отказались принимать участие в программе по утилизации старых автомашин.  Главные причины отказа - неподходящие условия и недоверие к правительственным программам в целом. Планирует воспользоваться возможностью получить сертификат на покупку нового автомобиля  только 41% опрошенных автовладельцев.

Как вы считаете, эта программа все-таки поможет как-то оживить наш автопром?

 

Сергей Петров: Как пойдет программа, в огромной степени будет зависеть от администрирования. Я уже вижу несколько сложностей. Процедура очень сложна, потому что мы всегда рассчитываем на мошенника. Как бы мошенник не поживился. А во многих странах обычно рассуждают так: ну пусть пройдет несколько мошенников, но мы упростим эту процедуру для миллионов нормальных покупателей. В нашей ситуации лозунг «враг не пройдет» доминирует. Поэтому пока все эти процедуры достаточно сложны. Я боюсь, что они окажут негативное влияние на объемы этой работы. И вторая проблема – это малые мощности по утилизации. Насколько я знаю, они и сейчас уже на пределе. А новых предприятий по утилизации, мы не построили. Поэтому, мне кажется, что результат программы не будет таким эффективным, как в Европе, где в принципе более законопослушное население и более эффективная бюрократия.

 

Олег Наумов: Программа уже запущена, а вопросов у автовладельцев хоть отбавляй. Где будут утилизировать старые автомобили? Ведь на сегодняшний день в стране всего три специализированных завода: в Москве, в Санкт-Петербурге и в Нижнем Новгороде. Почему платить за доставку и утилизацию должен сам автовладелец? А это более 3 тысяч рублей, да еще подоходный налог с этих 50 тысяч нужно будет заплатить. Или вот другая проблема: а если у меня два старых автомобиля? Могу ли я за них получить 100 тысяч и купить машину? Это же логично! Ан, нет. Сдай две машины, получи два сертификата по 50 тысяч, но и машины потом тоже купи две. Зачем, почему – непонятно. Словом, как только эффективную в Германии программу перевели на российский лад, она превратилась в крайне неудобную и малоэффективную.

 

Александр Медведев, заместитель министра экономического развития Оренбургской области: На сегодняшний день 14 территорий попали в пилотный проект программы по утилизации автомобилей. К сожалению, мы не смогли доказать необходимость участия нашей области. У нас все-таки по сравнению с Санкт-Петербургом, Москвой и другими крупными центрами меньше населения, а соответственно и автомобилей. Поэтому в пилотный проект  попали те, где больше населения и автомобилей. Но и мы будем прикладывать все усилия, для того, чтобы и мы участвовали в программе.

 

Виктор Орлов, директор автосалона:

Я думаю, что это не очень актуальная тема сегодня. В кризис люди готовы ездить на старых автомобилях, в том числе и тех, что дешевле  50 тысяч. Кредиты в банках брать боятся и покупку новых автомашин откладывают на будущее. Кроме того, анализ нашего сайта показал, что доля автомобилей дешевле 50 тысяч очень незначительна. А мы охватываем Поволжье и Урал, это порядка 3, 4% всего рынка страны. Поэтому, я считаю, что эта идея у нас обречена на провал и никому не интересна.

 

Олег Наумов: Решением Владимира Путина продлена на один год программа льготного автокредитования для отечественных машин и собираемых у нас иномарок, стоимостью до 600 тысяч рублей. На это выделяется из бюджета 1 миллиард рублей. Поднимет ли эта мера спрос на автомобили отечественной сборки?

 

Сергей Петров: Да вот эта мера, безусловно, повысит спрос, т.к. она уже показала свою эффективность. Перед кризисом объем банковского кредитования был высок: клиенты, покупающие автомашины не за свои деньги, а за банковский кредит, составляли в российской автоторговле примерно половину. В момент высшего развития кризиса: весна, лето прошлого года банки фактически отказывали в кредитах. Сейчас январь закончился, в этом смысле, довольно успешно. Примерно 35% автомашин снова продается за банковские кредиты. Есть здесь одно но, которое не впрямую относится к стимулированию, а относится, к тому, что часто мы, решая одну проблему, создаем другую. Программа правительства нарушает антимонопольное законодательство. Мера преференций каким-то машинам, по сравнению с другими: а почему собственно клиент купивший за 650 тысяч не имеет таких привилегий? И что за модели получают преференции, нет ли там какой-то лоббистской, коррупционной составляющей? Вроде бы мы решаем одну проблему, по поддержке наиболее неимущих покупателей, и производителей автомобилей на территории России. Все бы хорошо. Но вот эта грань между поддержкой нашего производителя и плохого  менеджмента, очень тонка. Вот эта часть меня больше беспокоит. А вообще, льготное кредитование - это позитивное в целом явление.

 

Андрей Кубиц, начальник сектора кредитования дополнительного офиса Оренбургского отделения сбербанка России: Знают об этой программе практически все заемщики, которые хотят воспользоваться кредитованием. Суть ее заключается в том, что правительство возмещает две трети ставки рефинансирования, компенсирует конечную ставку к уплате заемщиками. Всего, за период действия программы, то есть с апреля 2009 года, отделениями Сбербанка, функционирующими на территории Оренбургской области, было выдано порядка 1300 кредитов на общую сумму порядка 260 миллионов рублей.


Олег Наумов: Скоро вступает в силу соглашение о Таможенном союзе, куда входит Россия, Белоруссия, Казахстан. Как это отразится на цене импортных автомобилей?

 

Сергей Петров: Таможенный союз вообще хорошее дело. Чем меньше таможенных границ, тем лучше. Движение товаров должно быть свободным, тогда и наша экономика, промышленность будут развиваться конкурентно, на хорошей, естественной  базе. Но вот посмотрите, что происходит. Как вы знаете, мы давно и упорно стремимся вступить в ВТО. Как только мы в нее вступим, за пять лет произойдет снижение таможенных пошлин на импортные автомобили с нынешних 30%, до 15%. Это будет конечно удар по оставшейся российской автопромышленности. Поэтому вступлению сопротивляются еще многие силы в России, считая, что здесь у нас многое погибнет. Здесь надо понимать, что само производство в России не погибнет, если будет снижен уровень коррупции, если мы будем бороться за нормальный бизнес-климат, а вот плохой менеджмент, действительно, погибнет. Он не сможет конкурировать при пониженных пошлинах. Потребителям вступление в ВТО, безусловно, только выгодно: и импортные, и произведенные у нас автомобили будут продаваться дешевле. Что касается соглашения о Таможенном союзе России, Белоруссии, Казахстана, то его действие не приведет к снижению цен на автомобили. Хотя в целом это позитивная вещь.

 

Олег Наумов: Цены на ввозимые иномарки очень высокие как раз из-за пошлин. И народ у нас считал:  вот начнут производить иномарки в России, и цены упадут. Да они снизились, но не очень сильно. Почему так произошло?

 

Сергей Петров: Представьте себе, сколько надо в России выпускать машин, чтобы это хотя бы окупалось. Производство меньше 200 тысяч машины для массовой модели не будет прибыльно. Соответственно нужно выпускать очень много, а если рынок у нас прыгает с 3,5 миллионов, до 1,5 миллионов, естественно сейчас все заводы в положении, когда, не успев начать работать, они несут большие издержки. Плюс к этому  у нас нужно иметь большие склады. В отличие, например, от японских, корейских заводов, которые могут работать без склада: там поставщики точно в срок привозят трейлеры, которые подходят к заводу и все идет на конвейер. У нас из-за неблагополучной транспортной ситуации, бюрократических проволочек и общего российского бардака уровень всяких издержек очень высок. Поэтому и цены высоки. Кроме того, надо понимать, что цены на машины всегда определяет рынок.

 

Олег Наумов: То есть я так понял: нашим потребителям нечего рассчитывать на снижение цены, пока реально пошлины на ввозимые импортные автомобили не снизятся?

 

Сергей Петров: Да, если брать для потребителя, давайте честно скажем: в ближайшее время цена на автомобили будет даже повышаться. Процентов на 10-15. Потому что закончилась продажа старых складов, набранных еще с 2008 года, которые дистрибьютеры  распродавали с убытками, в силу того, что рынок упал очень резко и очень сильно. Сейчас новые заказы и новые машины никто не будет заказывать с убытком. Иначе это будет уже не бизнес, а самоуничтожение. Поэтому рост в краткосрочном плане, примерно до лета, цен на иномарки неизбежен. Так же за ним подтянутся и те, кто производит автомобили в России. Кстати, их часть в объемах продаж, уже становится доминирующей. В долгосрочном плане, после вступления в ВТО, только при снижении таможенной пошлины цены будут снижаться. Другие, необходимые предпосылки для снижения цен, это рост объема самого рынка, при росте конкуренции. Самый лучший метод снижения цен – это как можно больше допустить в Россию автопроизводителей, предоставив им возможность свободно конкурировать, и ликвидировав бюрократические издержки.

 

Олег Наумов: Вторичный рынок автомобилей. Когда он станет цивилизованным?

 

Сергей Петров: Пока эта торговля остается вне цивилизованной зоны, несмотря на то, что недавно был принят ряд позитивных законов. Я в этом участвовал, мы убрали двойное обложение НДС, и должно было все пойти. Однако практика показывает, что слишком велики искажения. Например, действует очень серьезный закон о защите прав потребителей. Мы защищаем потребителя от всяких неожиданностей, он может предъявить претензию компании, продавшей ему машину даже на вторичном рынке. Но именно из-за величины этих претензий, именно из-за возможности легко их предъявить, компании стараются избегать покупать на себя машины и продавать их от своего имени. Вот сделайте что-нибудь чрезмерно и сразу получаете не тот эффект. Таких дыр в законодательстве еще очень много. Над этим надо еще работать. Но в целом вторичный рынок будет развиваться.

 

Евгений Козак, директор автосалона:  Если брать опыт европейских партнеров и дилеров, то доля вторичных продаж у них порядка 40 процентов от общих продаж дилера. Мы конечно еще не достигли таких результатов, но с каждым годом, доля вторичных продаж безусловно будет расти. Для покупателей важно, чтобы автомобиль был легальным, чтобы он не участвовал в каких-то кредитных аферах, чтобы он был проверен, чтобы его техническое состояние было исправным, предоставить эти гарантии может только официальный дилер. Поэтому при покупке вторичных автомобилей все чаще обращаются к дилерам.

 

Олег Наумов: Сегодня государство оказывает автопрому самые разные виды помощи. И все эти деньги идут из бюджета страны. То есть от налогоплательщиков. Насколько это справедливо по отношению к другим отраслям, и насколько эффективно для экономики?

 

Сергей Петров: Хороший вопрос. Что значит справедливо? Хорошо, давайте посмотрим. Если Автовазу мы оказали помощь на 3 миллиарда долларов, давайте сравним. Самый современный завод, который построили сегодня иностранные производители в России – это «Фольцваген» в Калужской области и «Хендай» под Петербургом. С прессовым производством, полного цикла. Стоимость этих заводов примерно 500 миллионов долларов. Вы понимаете, что за ту помощь, которую мы оказали Автовазу, можно было построить шесть таких заводов. Очевидно, что оказывать помощь надо поумнее. Сегодня мы оказываем эту помощь только, чтобы поддержать предприятия на плаву. А это слабая, не очень эффективная помощь.

Олег Наумов: Ну да, мы говорим о том, что вот мы сейчас поддержим Автоваз и там у сотен тысяч рабочих останутся рабочие места и т.д. На самом деле и рабочих мест не остается, и новое производство, где могли бы появиться новые рабочие места, мы тоже не создаем.

 

Сергей Петров: Когда вы сидите в кресле производственников, бизнесменов, очевидно, что это неэффективно. Но что значит построить за эти деньги 6 современных заводов для рынка труда. Сколько будет работать рабочих на таком заводе, который за 500 миллионов построен «Хендай» под Петербургом? Всего 2000 человек. И вот, когда мы перемещаемся в кресло мэра, губернатора или президента или премьера, мы сразу меняем точку зрения. А что будут делать те 102 тысячи человек с Автоваза, которые останутся без работы? Они выйдут на улицу и будут требовать у нас переучивания, модернизации, а мы не в состоянии это сделать. У нас нет для этого ни настоящих институтов, ни менеджеров-бюрократов, которые могли бы это сделать. Если вы слышали последнее выступление Шувалова на Экономическом форуме, он сказал, что главная наша ценность и главное достижение – это социальная стабильность. Это также часто подчеркивает премьер-министр, выступая у нас в парламенте: А что вы будете делать? Вы хотите видеть 100 тысяч человек на улицах? И что с ними делать? И в результате мы в тупике: мы создаем не только социальное государство, но еще и строим социальную индустрию.

 

Олег Наумов: Если мы  и вправду начнем строить социальную индустрию, то это, наверное, поможет в борьбе с безработицей, и предотвратит митинги протестов. Но только очень скоро может закончиться крахом всей экономики. Я, кстати, понимаю и даже могу принять точку зрения власти на решение социальных вопросов. Но с одним только условием: параллельно с поддержкой градообразующих предприятий, заботой о людях и сохранением рабочих мест мы обязательно должны создавать новую экономику, основанную на инновации и новых технологиях. И при этом обязательно должна быть широкая программа переобучения и повышения квалификации кадров. Чтобы люди не оказались выброшенными на улицу, а легко смогли влиться в эту новую экономику. На примере  отечественного автопрома, мы видим, что меры властей в борьбе с кризисом можно оценить как противоречивые. С одной стороны,  оказывается помощь Автовазу в 3 миллиарда долларов и всем понятно, что это деньги, выброшенные на ветер. С другой стороны, инициируются такие вполне рыночные программы, как утилизация автомобилей и льготное кредитование. Осталось добиться малого: чтобы хотя бы эти программы эффективно исполнены.

 

«ОРЕН-ТВ»

7 марта 2010 г.