Заказ звонка
* Представьтесь:
* Ваш телефон:
Сообщение:
* - поля, обязательные для заполнения
Заказать звонок
Курс валют
Курс валют предоставлен сайтом kursvalut.com
Счетчик

Новости

 


Отмена запрета на государственное финансирование исследований стволовых клеток эмбрионов человека в США может расширить возможности для исследователей в России. Олег Наумов и директор Научного центра акушерства, гинекологии и перинатологии, академик РАМН Геннадий Сухих в программе «Диалог» телеканала «Орен-ТВ»
опубликовано: 12-04-2009

Олег Наумов: Почти сразу же после вступления в должность Президента США Барак Обама подписал распоряжение об отмене запрета на государственное финансирование исследований стволовых клеток эмбрионов человека. Этот запрет, введенный в 2001 году при президенте Буше-младшем, серьезно затормозил ход работ. И вот теперь в США эти научные работы возобновляются, причем с невероятным даже для Америки размахом: планируется выделить из федерального бюджета астрономическую сумму в 50 миллиардов долларов.

Нужно сказать, что это далеко не новое направление в науке. Про стволовые клетки известно уже почти сто лет. В свое время концепцию их развития предложил русский ученый Александр Максимов, но мировая шумиха вокруг них началась только в конце 90-х, когда стволовые клетки заново \"открыли\" в США. Американские исследователи сумели выделить эмбриональные стволовые клетки и доказать, что они могут по команде превращаться в любые другие.

Как в научном мире восприняли указ президента США Барака Обамы об отмене запрета на исследования эмбриональных стволовых клеток?

 

Геннадий Сухих: Естественно, очень позитивно. Я думаю, это имеет большое значение не только для США, потому что там длительное время, несмотря на мораторий, конечно, исследовались стволовые клетки, но только в рамках частных компаний и крупнейших транснациональных фармакологических концернов. Поэтому речь идет о возможности использования денег из федерального бюджета. Это сумма очень большая, 50 миллиардов долларов на два года. Конечно, это позволит многим научным коллективам ликвидировать образовавшийся разрыв, потому что достаточно существенная часть американских исследований во время этого моратория выезжала в Великобританию, где подобные работы были дозволены. Это будет иметь существенное значение и для нас, ведь « нет пророков в своем Отечестве», мы все время стараемся смотреть на Запад, на Америку, на Японию. Поэтому любые разрешительные шаги будут позитивно сказываться на наших системах лицензирования и клинического внедрения.

 

Олег Наумов: Что такое стволовые клетки и что является источником для их получения?

 

Геннадий Сухих: Мы с вами состоим примерно из 240 различных типов клеток. А когда-то мы представляли из себя бластоцисту, организм из 56 клеток. Мы были созданы из стволовых клеток. Стволовая клетка – это удивительная клеточная популяция, которая может в течение длительного времени поддерживать себя в состоянии стволовости. А это значит, что эта клетка может рождать путем ассиметрического деления дочернюю клетку и уходить в покой, в дремучее состояние. И вот эта возможность поддерживать длительное время жизнеспособность и давать жизнь другим клеткам – это самая главная характеристика стволовых клеток. Их можно разделить на две большие группы. Первая – клетки, которые мы можем взять и получить из наших тканей – это называется собственные или аутологические клетки. Источник получения – это клетки костного мозга, например, аспират костного мозга. И мы знаем, он широко применяется в различных онкогематологических заболеваниях. В этом отношении эти стволовые клетки, если мы говорим о клиническом применении, то 95% всех клинических работ, выполненных в США, в Западной Европе, базируются как раз на этих клетках, потому что здесь все в порядке с этикой, с юридическими регуляциями, с религией. Вторая группа – это аллогенные или донорские клетки. Это эмбриональные клетки, их можно получить только из очень раннего эмбриона. Эти клетки как универсальные солдаты. Из них можно создать все. Это называется плюрипотентностью. Ну и есть другая популяция стволовых клеток, которые мы особенно высоко ценим, потому что эти клетки уже специализированы, они никогда не входят в опухолевый рост, они очень мощные, очень пластичные, но они как раз находятся в зоне высокой критики международной, надуманной этики и религии. Это переживающие клетки аутопсии тканей, полученных в результате аборта. Ну а другие, например, клетки пуповинной крови, среди них есть также стволовые клетки здесь все в порядке с этикой и религией, потому что это ненужный ресурс. И вы знаете, что созданы сотни банков клеток пуповинной крови, в мире, и в том числе, в нашей стране. Я очень рад, что в ближайшее время открывается подобный банк в Оренбурге, на базе областной станции переливания крови. Я думаю, это значимый для Оренбурга шаг в развитии клинических технологий.

 

Олег Наумов: В начале апреля в Оренбурге при областной станции переливания крови открылся банк стволовых клеток, выделяемых из пуповинной крови новорожденных. В России на сегодняшний день всего четыре таких хранилища - в Москве, Самаре, Казани, а теперь и в нашем городе. Благодаря этому Банку, можно больше 20 лет хранить стволовые клетки и в будущем сотни пациентов с тяжелыми заболеваниями смогут вылечиться, не выезжая за пределы города.  

Какие сферы практического медицинского применения стволовых клеток можно назвать уже сегодня?

 

Геннадий Сухих: Очень тяжело сказать, где они потенциально не могут использоваться. Но, наверное, главный фокус применения, главный вектор развития клеточных технологий должен быть направлен на те патологии, которые сегодня невозможно лечить путем классической современной фармакологической медицины. Например, тяжелые поражения мозга новорожденных, это дети с ДЦП, это тяжелейшие неврологические потери у людей с ишемией или с ишемическим инсультом, это кровоизлияния мозга, это больные с инфарктом миокарда, это возможность профилактики фатальных осложнений сахарного диабета первого типа. И это наша область – это ранние формы бесплодия, связанные с истощением яичника или нарушением сперматогенеза, это блестящие работы по циррозу печени вирусной или алкогольной этиологии, это конечно профилактика процессов патологически быстрого старения. И этот список можно было бы расширить.

 

Олег Наумов: На каком уровне находятся научные работы по исследованию и применению стволовых клеток у нас в России?

 

Геннадий Сухих: К счастью, на достаточно высоком, потому что в течение последних трех-четырех лет через министерство науки ряд коллективов получали очень приличные не только для нашей страны, но с международных позиций научные гранты. И поэтому мы развиваемся в нашей стране в рамках фундаментальных исследований и клинических аппликационных, но, безусловно, суммарно работы, выполняемые на Западе и в США, Канаде, Японии, Сингапуре опережают фундаментальные исследования, выполняющиеся в нашей стране. Но зато ряд позиций клинического накопленного опыта до сих пор остается достаточно впечатляющим.

 

Олег Наумов: Какие перспективы открываются для мировой и отечественной медицины в связи с возобновлением исследований стволовых клеток в США?

 

Геннадий Сухих: Это немножко облегчает общую ситуацию, но исследования у нас шли достаточно независимо, и они и будут продолжаться в таком же плане. В целом перспективы конечно позитивны. Хотелось бы, чтобы около этой новой области было меньше случайных людей, которые ничего кроме умения произнести термин «стволовая клетка» в этом не понимают, и понимают другое, что эта область ассоциирована с финансовым успехом. Поэтому избыточно фантастические обещания успеха людьми, которые не знают что такое клеточные технологии очень сильно уже помешали и в значительной степени дискредитировали эту сферу. В то же время не надо обольщаться. Клеточная терапия – никакая не панацея, это просто новый существенный значимый шаг в развитии современных медицинских технологий.

 

Олег Наумов: Большинство поддерживает смягчение запретов на финансирование исследований стволовых клеток и считают необходимым продолжить эти работы. Однако у этой медицинской технологии немало противников. Они ссылаются на морально-этическую сторону вопроса: использование эмбрионов для экспериментов нарушает религиозные каноны и противоречит нормам морали.

Религиозные организации и консерваторы считают, что существуют другие способы и методы лечения, и использовать эмбрион человека в научных и медицинских целях неэтично. Что Вы можете им ответить?

Геннадий Сухих: Я считаю, что очень неконструктивно пытаться затормозить любой научный прогресс. Тем более, сопряженный с такой этической точкой, как возможность лечения, а иногда и спасения жизни детей. Поэтому я думаю, что консерватизм, особенно непродуктивный, он всегда исторически сопровождал любую развивающуюся область, будь то физика, генетика. Сегодня это клеточные технологии. Это было и это пройдет.

 

Олег Наумов: Перед учеными стоит много вопросов, на которые пока нет ответа. Какие именно пересаженные клетки приживаются, а какие нет, почему они приживаются, чем объяснить полученные результаты. Нужны серьезные фундаментальные исследования, нужны доказательства, но уже сегодня Интернет, да и бумажные издания забиты рекламой, в которой разные клиники предлагают омоложение и лечение безнадежных заболеваний с помощью стволовых клеток.

Насколько это реально?

 

Геннадий Сухих: Это самое страшное, что есть в нашей российской жизни. Надо бежать от этих людей, потому что это люди непрофессиональные. Уважающие себя и пациента врачи никогда не занимаются этим. Вот почему мы стоим за то, чтобы пока эти технологии, которые не вышли за клинические исследования, концентрировались в крупнейших национальных центрах, обладающих мощным научным ресурсом, большими фундаментальными исследованиями и базой, с тем, чтобы не было продолжающейся дискредитации исключительно перспективного направления современной медицины.

 

Олег Наумов: Какие проблемы существуют в российском законодательстве в сфере исследования и применения стволовых клеток?

 

Геннадий Сухих: Мы так много и преждевременно говорили о стволовых клетках и о клонировании, в совершенно ненужное время и так запугали общество, что чиновники – это государственные люди, ответственные за разрешительные документы, называемые лицензией боятся что-либо выдавать и двигаться в этом направлении.  Законодательную базу в рамках существующих законов о здравоохранении, о трансплантации органов и тканей, о лекарственных средствах, конечно, надо совершенствовать, чтобы Россия не осталась на обочине прогресса, не потеряла ту начальную динамику развития этой области, которой она сейчас обладает. Запретительство вновь создаст ситуацию, когда наши пациенты будут вынуждены ехать за рубеж, а не оставаться в нашей стране. Сейчас пока ситуация в ряде клинических патологий совершенно обратная – люди из-за рубежа приезжают в Москву.

 

Олег Наумов: Ваш взгляд на будущее медицины стволовых клеток, когда методы подобные  смогут прийти в Оренбург?

 

Геннадий Сухих: Я думаю, что в ближайший отрезок 50-ти лет будет очень плодотворным в развитии клеточных технологий, куда входят не только стволовые клетки, но и другие приемы сепарации собственных клеток, их обработки и возвращения в организм. Просто нужна спокойная методичная честная работа. И в этом отношении открытие банка пуповинной крови, абсолютно блестящие люди, которые преподают в медицинской академии, ее высокий научный потенциал обнадеживают. В Оренбурге все будет в порядке до тех пор, пока будет Оренбургская медицинская академия.

 

Олег Наумов: Профессор Преображенский для омоложения пересаживал эндокринные железы, доктор Моро пришивал своим пациентам головы животных. Люди всегда мечтали о том, чтобы заменять части живого организма, пришедшие в негодность, как детали в автомобиле. О том, чтобы эти «запчасти» создавать, «выращивать» не было и мысли. Но в последние годы прогресс в области биологии клетки сделал этот новый подход возможным.

Сегодня в России существуют жесткие ограничения на проведение исследований со стволовыми клетками. Многие отечественные эксперты прогнозируют, что американский пример облегчит получение разрешений на проведение клинических испытаний. И тогда при наличии талантливых ученых и серьезной государственной поддержке самые смелые мысли писателей – фантастов смогут   стать повседневной реальностью.

 

«Орен-ТВ»

12 апреля 2009 г.