Заказ звонка
* Представьтесь:
* Ваш телефон:
Сообщение:
* - поля, обязательные для заполнения
Заказать звонок
Курс валют
Курс валют предоставлен сайтом kursvalut.com
Счетчик

Новости

 


На Кавказе российские власти выиграли тактически и проиграли стратегически. Олег Наумов и директор Института военного и политического анализа Александр Шаравин в программе «Диалог».
опубликовано: 07-09-2008

Олег Наумов: Нынешний август в очередной раз подтвердил репутацию месяца кризиса и катастроф. Пятидневная война на Кавказе полностью изменила картину мира. В результате конфликта Южная Осетия и Абхазия празднуют независимость, Грузия разрывает дипломатические отношения с Россией, а Европарламент обсуждает вопрос о лишении России права на проведение зимних олимпийских игр в Сочи.

Военная операция по принуждению Грузии к миру  привела к разрыву отношений между Россией и Грузией и охлаждению наших отношений с Европой. Но это еще полбеды.

После второй мировой войны, несмотря на противостояние двух систем, удалось заключить договор о безопасности и сотрудничестве. Главное в нем – нерушимость государственных границ. С признанием Косово была нарушена территориальная целостность Сербии. Это открыло «ящик Пандоры». И особенно уязвимы,  оказались республики бывшего Советского Союза. Признание независимости Абхазии и Южной Осетии может вызвать так называемый «парад суверенитетов», в том числе и в самой Российской Федерации.

Что важнее: право наций на самоопределение или сохранение государственной целостности?

                                                                                                

Александр Шаравин: Я думаю, что сегодня этот важный вопрос, к сожалению, не имеет ответа. И не только сегодня, уже много лет вокруг этой проблемы сталкиваются разные мнения, и мы имеем массу прецедентов в истории, когда сначала один принцип становится во главу угла, а затем другой. Я думаю, что человечество подошло к тому порогу, когда четко должно быть заявлено, что один принцип приоритетный, а второй – вторичный. Иначе мы все время будем иметь кровавые конфликты, передел  территорий, и чем дальше, тем больше.

 

Олег Наумов: Умещается ли нынешний конфликт на Кавказе в это противоречие, или его причины гораздо глубже?

 

Александр Шаравин: Я думаю, что и это противоречие, и множество других являются причинами кавказского конфликта. Понятно, что происходит развал огромной советской империи, он, к сожалению, еще не завершился, и часто это приводит к кровавым конфликтам. Конечно, СНГ сыграло большую роль для мирного развода постсоветских государств, но сегодня он все больше себя изживает.

 

Олег Наумов: Наделив народы России территориальной автономией, Советская власть заложила бомбу замедленного действия. Советский Союз распался на 15 новых государств безболезненно, ибо каждая республика имела по Конституции право на выход из Союза. А вот внутри новых суверенных государств начались конфликты: некоторые автономии заявили о своих правах на самостоятельность. Дело дошло до вооруженных конфликтов: Чечня в России, Приднестровье в Молдавии, Абхазия и Южная Осетия в Грузии. Вооруженная операция Грузии против Южной Осетии вызвала ответную реакцию России по защите осетинского народа и выдавливанию грузинских подразделений на исходные рубежи. Если бы этим все закончилось, то тогда Россия блестяще выполнила бы свою миссию миротворца в регионе.

Но российские войска пошли дальше на грузинскую территорию, дошли до городов Гори и Поти, а  сегодня закрепились в буферных зонах на территории Грузии. Именно это вторжение было расценено мировым сообществом как агрессия против суверенного государства. Большинство же наших сограждан (75%) считает правильным решение руководства России применить силу в отношении Грузии, при этом из оставшихся 25% только 13% расценивают действия российских властей, как неправильные.

Итак, налицо разное понимание природы конфликта и разная оценка. Большинство российских граждан одобряет действия российских властей на Кавказе, вместе с тем практически все страны мира выступают с  осуждением.

 

Александр Шаравин: Этот конфликт, в который втянута Россия, показывает, что грань между допустимыми действиями и недопустимыми очень тонкая. Мне кажется, что если бы Россия в ответ на агрессию Грузии действовала бы соразмерно, если бы она выбросила агрессоров с территории Южной Осетии, вышла бы на границы Южной Осетии и остановилась, то никто в мире не имел бы никаких оснований для нашего осуждения. Однако мы пошли дальше. С точки зрения военного я все понимаю, с военных позиций все было сделано абсолютно правильно. Но военными должны руководить политики, а они должны отдавать отчет, что есть мера дозволенного. Простой пример, когда между простыми гражданами возникает конфликт, который ведет к применению оружия. Условно говоря, на вас с палкой напал на улице пьяный мужик. А у вас было оружие. И вы вместо того, чтобы выстрелить в ногу, вызвать милицию, вы выстелили ему в сердце и убили его. Что это такое? Я думаю, что это превышение необходимых мер обороны, за которые полагается срок. В данном случае, мы имеем такую же аналогию. Мне кажется, меры самообороны были превышены. И это вызвало главную претензию. А чем мы можем оправдать с юридической точки зрения  удары сухопутных войск по Гори, действия в Синаки, в Поти, я не знаю.

 

Олег Наумов: Говорят, что нынешний конфликт во многом результат личной неприязни между Путиным и Саакашвили?

 

Александр Шаравин: Я думаю, что наверно да, потому что об этом много говорилось, и очень печально, что личная неприязнь лидеров и их психологическая несовместимость могут стать причиной межгосударственного конфликта. Мне всегда казалось, что мы уже вышли из тех исторических времен, когда личный конфликт королей из-за женщины или каких-то личных оскорблений приводил к войнам. Я думал, что это ушло в прошлое. Оказывается, нет, мы живем в той эпохе, когда личная неприязнь может стать причиной войны.

 

Олег Наумов: Многие обеспокоены, что, раздавая гражданство жителям Абхазии и Южной Осетии, российские власти тем самым создают прецедент. И для России этот прецедент может оказаться очень опасным. Скажем, на Дальнем Востоке.

 

Александр Шаравин: Тут ситуация не такая простая. Почему эти паспорта выдавались? Потому что на протяжении 15 лет жители этих непризнанных территорий не имели ничего, кроме этих паспортов. У них не было никакого государственного образования и их паспорта нигде не признавались, у них не было ни грузинских паспортов, потому что они не вступали в новую Грузию. Одно время обсуждался вопрос, чтобы им были выданы паспорта ООН, чтобы они имели возможность выехать за рубеж на лечение, на учебу, в туристическую поездку, ведь люди по сути были изолированы. Но, к сожалению, Грузия заблокировала вопрос с выдачей ООНовских паспортов И тогда было принято решение раздать им зарубежные паспорта России. Насколько это было сделано правильно, время рассудит. Мы видим, что в данном случае это тоже стало неким поводом для боевых действий, поскольку считалось, что мы в данном случае защищали своих сограждан.

 

Олег Наумов: Возможна ли подобная ситуация у нас на Дальнем Востоке с Китаем? Ведь там уже скоро численность китайцев превысит численность граждан России?

 

Александр Шаравин: Саму по себе опасность отторжения Дальнего Востока уменьшать нельзя. Если такой дисбаланс в размерах населения произойдет, когда китайских граждан там будет больше. В конце концов, референдум и отделение, так как было к Косово и Сербии. Надо думать, что такие последствия для нас могут быть в перспективе.

 

Олег Наумов: В военном конфликте 8-12 августа защита мирных граждан была необходима. А вот противопоставление России всему миру в этой ситуации было вовсе не обязательно. Однако, уже понимая какую реакцию в мире вызовет признание  независимости Абхазии и Южной Осетии, депутаты Государственной Думы все же проголосовали за. Причем единогласно.

Москва подорвала свою последовательную позицию о недопустимости создания новых государств на территории уже существующих вопреки их воле. Теперь мы как Америка, признала независимость Косово, признаем независимость Абхазии и Южной Осетии. А, ведь раньше у нас было много сторонников в противовес американской позиции.

 

Александр Шаравин: Я думаю, что эта непоследовательность в действиях всегда вызывает осуждение или, по крайней мере, сомнения в верности позиции. Когда человек, государство, партия утверждают сначала одну позицию,  а потом совершаю поворот на 180 градусов, это всегда вызывает сомнение: так ли уж искренни были намерения в отстаивании той позиции, которую потом отвергли. Это всегда вызывает сожаление, но в данном случае логика мне понятна. Если это дозволено американцам и европейцам, то почему мы не можем это сделать. Т.е. да они плохо сделали, отторгнув Косово от Сербии, давайте мы сделаем также, и отторгнем Абхазию и Южную Осетию от Грузии. Я думаю, что для такого многонационального государства как Россия, подобные действия весьма опасны, потому что может произойти «парад суверенитетов», от которого никто не застрахован. Да, сегодня экономическая конъюнктура у нас хороша, высоки цены на нефть, мы можем поддерживать единство государства с помощью вертикали власти. А что будет, если цены на нефть упадут до уровня 90-х годов?  Представьте, что цены на нефть упали, центр не может централизованно обеспечивать регионы финансовыми ресурсами, платить своевременно пенсии, не можем госслужащим дать содержание. И что будет? Есть ли гарантия от «парада суверенитетов»?  Нет, конечно. Якутия скажет, что у нас есть алмазы, и мы себя вполне обеспечим, Дальний Восток скажет, у нас тоже все есть, Сибирь и Урал тоже. Это не страшный сон, а вполне вероятный сценарий, если экономическая конъюнктура окажется неблагоприятной для России.

 

Олег Наумов: Руководители Франции, Германии, Великобритании выражают опасение, что подобные действия российского руководства могут

распространиться в дальнейшем и на Молдавию и Украину. Возможно ли это?

 

Александр Шаравин: Думаю, что вряд ли подобные действия будут предприняты против Украины, например по поводу Крыма, или против Казахстана, но сама по себе настороженность естественна. Когда однажды это было сделано, возникает подозрение: не коснется ли это меня. Что касается Украины, вряд война между нашими странами возможна, но серьезные конфликты внутри Украины вполне вероятны. Думаю, что та ситуация, которая создается сегодня вокруг Крыма, совершенно необъяснима. Это несерьезные требования по возврату Севастополя. Мы уже признали эти границы, и новые требования не укладываются ни в какие здравые рамки.

 

Олег Наумов: Руководители США и Европейского Союза говорят о возможности введения санкций против России. Насколько это может быть опасно для нас?

 

Александр Шаравин: Эти санкции могут коснуться, прежде всего, простых граждан. Это может привести к повышению цен на различные товары, которые мы импортируем. А, к сожалению, мы сегодня импортируем много, и не только престижные автомобили, а и продукты питания, а их мы импортируем очень много и это может быть опасным. И, наоборот, это может коснуться нашего экспорта. Могут быть введены заградительные пошлины. Это коснется тех, кто работает экспорт,  в металлургии, нефтяной, лесной  промышленности.

 

Олег Наумов: Российские власти утверждают, что не боятся ни международной изоляции, ни новой «холодной войны». Что это: обычная политическая риторика или окончательное утверждение  особого пути России?

 

Александр Шаравин: Один из известных российских патриотов заявил, что для нас холодная война, как мать родна, и в холодной войне Россия как раз будет процветать. Более дикого заявления, я еще не слышал. Я думаю, что холодная война нам не грозит. Но, к сожалению, уже наступил холодный мир, а это нисколько не лучше, чем холодная война. К сожалению, мы видим, это похолодание все больше. И мы, зачастую, уже отброшены назад, в тех достижениях, которые мы имели за последние 20 лет.  Прежде всего, в  сближении со всем цивилизованным миром. И это не только препятствие в поездках на отдых, можно отдыхать и на нашем Черноморском побережье. Сегодня мир глобален и оказаться в изоляции  означает ограничить себя в доступе к современным технологиям, знаниям, означает снижение наших возможностей на внешнем рынке во всех сферах. Начиная с военной сферы и до высоких технологий. И это как раз печально.

 

Олег Наумов: Право наций на самоопределение и право на сохранение территориальной целостности сегодня пришли в опасное противоречие. Что надо сделать в международном законодательстве, чтобы в дальнейшем мы могли мирным путем разрешать все подобные конфликты?

 

Александр Шаравин: Думаю, что, прежде всего, должен быть серьезный диалог. Диалог между разными государствами, разными точками зрения, прежде всего, между политиками и учеными, между историками и правоведами. Нужно прийти к единой точки зрения, может быть на уровне ООН и принять решения, которые все-таки определили бы приоритет. Например, территориальная целостность государства – это незыблемо, а право наций на самоопределение вторично. Т.е. в рамках государства может быть максимальная автономия, свой язык, законодательство. Но все-таки в едином государстве. Если же мы будем продолжать делить границы, то кровь и в ХХ1 веке будет литься также как в ХХ.

 

Олег Наумов: Весной это года США и ряд европейских стран признали независимость Косово. Теперь, как бы в отместку американцам, российские власти признают самопровозглашенные государства Абхазию и Южную Осетию. Мол, чем мы хуже, что позволено  американцам, то позволено, по праву сильного, и нам.

Выиграли российские власти, поступив так, или проиграли? Выиграли тактически – защитили Южную Осетию, укрепили свои позиции на Кавказе. Проиграли стратегически. Во-первых, признав возможность выхода отдельной территории из суверенного государства, мы даем шанс внутренним сепаратистам на развал России. Во-вторых, страны СНГ будут примеривать ситуацию с Грузией на себя, опасаться России, что никак не может способствовать развитию долгосрочных добрососедских отношений. И последнее. Международное сообщество, признав Россию агрессором, будет всячески ограничивать связи с Россией, и мы лишимся возможностей сотрудничества в области передовых технологий, науки, финансов.

Остается надеяться, что у наших властей, равно, как и у властей Европейского Союза и США хватит мудрости не довести дело до новой «холодной войны».

 

Орен-ТВ

7 сентября 2008 г.